Политическая организация ахейских царств — в помощь студенту

Военно-политическое положение греческих полисов Эгейского региона в III в. до н.э. существенно изменилось по сравнению с IV в. до н.э. Потеряли своё лидирующее значение в греческом мире Афины, Спарта, Фивы, Коринф, превратившись в рядовые города-государства.

alt

Узнай стоимость своей работы

Бесплатная оценка заказа!

Оценим за полчаса!

На лидирующее место вышли новые союзные объединения, а именно Этолийский и Ахейский союзы. С конца IV в. более важную политическую роль стал играть о. Родос, лежавший на важном торговом пути, связывавшем Египет и Восточное Средиземноморье с Эгеидой.

Доминирующую роль в греческих полисах Эгейского региона играла Македония, переживавшая второе возвышение при династии Антигонидов.

Однако в отличие от времён Филиппа II важной особенностью было вмешательство в военно-политическую ситуацию в регионе сильнейших держав эллинистического мира – Египта, Селевкидского царства и Пергама. Позднее появился Рим.

Этолийский союз (367-146). Этолийский союз возник ещё в пер.пол. IV в. до н.э., но до III в. до н.э. активного участия в межгреческих отношениях не принимал, оставаясь одним из многочисленных локальных объединений. Его политическая роль и активное включение в общегреческие дела резко возросли с начала III в до н.э.

Этолийцам удалось включить в состав союза многие полисы Средней Греции, в частности Дориду, Локриду и даже Беотию, а также значительную часть Фессалии. Особое значение для укрепления мощи и влияния Этолийского союза сыграло установление им контроля над общегреческим святилищем в Дельфах. Этолийцы совместно с союзниками сумели организовать сопротивление ордам кельтов в 278-277 гг.

, что подняло их престиж в греческом мире. Этолийцы смогли пресечь действия многочисленных пиратов и обезопасить морскую торговлю в Эгейском и Адриатическом морях, что обеспечило им популярность и за пределами Греции. В этих условиях Этолийский союз, являясь одним из основных организаторов антимакедонского сопротивления, стал опасным противником для Македонии.

alt

Узнай стоимость своей работы

Бесплатная оценка заказа!
Читайте также:  Особенности распространения света в металлах - в помощь студенту

Оценим за полчаса!

В этой борьбе Этолию поддерживали Птолемеевский Египет, Пергамское царство, а с конца III в. до н.э. и Рим.

Политическое устройство. Как объединение многих полисов Этолийский союз отличался по своей организации от прежних, таких как Афинский морской или Пелопонесский союзы. В классический период ведущую роль играл один полис – гегемон, экономический центр, определявший всю политику союзного объединения, зачастую насильственно навязывая свою волю союзникам.

Этолийский союз имел другую структуру: лидирующий центр отсутствовал, были объединены небольшие полисы Этолии, в которых сохранялись пережитки племенной демократии. Официальным центром союза был небольшой городок Терм, где располагалось общеэтолийское святилище. Собиралось союзное Народное собрание, которое было высшим органом власти.

В его работе могли принимать участие все члены союза, т.е. было введено понятие общеэтолийского гражданства. Народное собрание собиралось 2 раза в год. Оно принимало законы, действовавшие на территории всего союза, объявляло войну, утверждало заключение мира.

Его важной прерогативой было избрание Совета (Буле) из представителей всех союзных полисов (1000 человек), который управлял в период между сессиями Народного собрания. Важнейшими магистратами, ежегодно избиравшимися на должность, были стратег, гиппарх (начальник конницы), 2 секретаря и 7 казначеев. Особое внимания этолийцы уделяли укреплению своей военной организации.

В их армии было мало наёмников, преобладали местные ополченцы. Их боеспособность была велика – знаменитая македонская фаланга не раз терпела поражения от храбрых этолийцев.

Отсутствие лидирующего полиса-гегемона, создание института общесоюзного гражданства, общесоюзных законодательства и органов управления при сохранении внутренней автономии союзных полисов позволило определить Этолийский союз как федеративное государство – новый тип гос. устройства.

Ахейский союз (280-146). Если Этолийский союз объединил большинство полисов Средней Греции, то Ахейский союз в период своего высшего могущества (вторая половина III в. до н.э.-начало II в. до н.э.) включил в состав своих членов практически все города Пелопонесса. Ядром Ахейского Политическая организация ахейских царств - в помощь студенту союза была область Ахайя, расположенная в северо-западной части Пелопонесса и до начала III в. до н.э. считавшаяся политическим захолустьем. Влияние Ахайи, однако, возросло в период борьбы диадохов. К этому времени потеряли первенствующее значение великие полисы VI-IV вв. – Спарта, Коринф, Афины, Фивы. В изнурительной борьбе за наследство Александра диадохи истебляли друг друга. В атмосфере сложившегося военно-политического вакуума находившаяся на обочине большой политики Ахайя, расположенная в плодородной местности, наращивала свой экономический и военный потенциал. Ахейские руководители с выгодой для себя использовали популярный среди свободолюбивых греков лозунг борьбы с македонской гегемонией. Используя тяжёлое положение основателей новой македонской династии Антигонидов, ахейцы захватили ключевые города Северного Пелопоннеса – Сикион, Коринф, Мегары. Контролируя всю северную часть Пелопоннеса, ахейцы посчитали возможным разгромить Спарту, однако потерпели ряд поражений от спартанского царя Клеомена (Клеоменова война 229-222, решающая битва при Селласии). Оказавшись в тяжёлом положении, ахейцы сменили политическую ориентацию и заключили союз со своим недавним противником Македонией. Македонские гарнизоны вновь появились в Коринфе и Орхомене, стратегически важных центрах Греции. Спарта была разгромлена македонцами и уже не представляла опасности для ахейцев. Союз с Македонией продолжался около 20 лет, но во время Второй римско-македонской войны (200-196) ахейцы перешли на сторону Рима. В благодарность за поддержку Рим передал ахейцам Спарту, Мессению и Элиду. Т.о. в начале II в. до н.э. Ахейский союз охватывал весь Пелопоннес, т.е. достиг своего наивысшего территориального расширения. Этого произошло благодаря ловкой дипломатии руководителей Ахейского, которые умело использовали противоречия великих держав своего времени. Однако Ахейские лидеры не до конца учли коварство своего римского патрона. Рим ловко использовал ахейские силы в борьбе с таким противником, как Македония, а затем оставил своего младшего партнёра без поддержки. С согласия римлян члены Ахейского союза стали выходить из него. Стремление ахейского руководства прекратить это привело в конечном счёте к вмешательству Рима. В 146 г. до н.э. римская армия разгромила ахейское ополчение на Истме, город Коринф был разрушен, а Ахейский союз – распущен.

По своему политическому устройству Ахейский союз был близок к структуре этолийского объединения.

Основными органами были Народное собрание – высший орган, Совет (Буле), основные магистратуры – стратег, гиппарх, наварх (командующий флотом), секретарь. Отличием от Этолийского союза был более аристократический характер гос.

устройства: введение возрастного и высокого имущественного ценза, наличие в системе гос. органов влиятельной коллегии 10 демиургов и большие полномочия стратегов.

Завоевание Греции Римом. Между тем у римлян началась (171) третья война против Македонии, от Филиппа перешедшей к сыну его Персею. В 168 г. война кончилась истреблением македонской армии при Пидне. Македония объявлена была свободной и разделена на 4 республики, зависимые от Рима.

В душе сочувствуя Персею и желая ему победы над более опасным врагом, греки, и в частности ахейский союз, точно соблюдали нейтралитет. Но такое поведение не удовлетворяло более сената. В 167 г. 1000 ахеян без всякой вины отвезены были в Рим, по подозрению в измене; в числе пленников находился и историк Полибий.

17 лет томились греки в неволе, пока уцелевшим из них дозволено было наконец возвратиться на родину. Возвращение пленных усилило раздоры в союзе. В 149 г. македоняне, предводительствуемые самозванным царем, выдававшим себя за сына Персея, восстали против римлян, но были побеждены, и Македония обращена в римскую провинцию (148).

Скоро после этого возмущение Спарты против союзных властей повело к решительному вмешательству сената в союзные отношения; по его требованию, Спарта, Коринф, Аргос, Гераклея и Орхомен были отторгнуты от союза (147).

Война союза против Спарты была принята в Риме за вызов, и два поражения, нанесенные союзным войскам в Локриде Эпикнемидской Метеллом и близ Коринфа, у деревни Левкопетры, Муммием, положили конец независимому существованию Греции. (146). Ко времени Августа она обращена была в римскую провинцию, под именем Ахаии. + см. предыдущий билет)

Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:

Источник: https://megalektsii.ru/s43718t1.html

Аристократия и демос: политическая элита архаических и классических АфинТекст

© Суриков И. Е., текст. 2009

© Григоренко М. В., оформление. 2009

© Русский Фонд Содействия Образованию и Науке, 2009

Введение

Исключительно значительную роль в общественной жизни всех древнегреческих полисов, в том числе и демократических, играли политические элиты различного характера (аристократические, демократические, олигархические и т. д.).

В историографии античности этот фундаментальный фактор зачастую недооценивается или принимается во внимание не в полной мере, а между тем он принципиально важен для понимания общего характера политических структур античного мира.

Соответственно, одной из наиболее серьезных проблем, встающих в связи с изучением античного греческого полиса и сложившегося в его рамках социума, является роль политических элит в нем.

Задачей настоящего курса является освещение актуального и перспективного для изучения, но в целом недостаточно исследованного в антиковедении круга проблем, связанного с местом элит в полисе, их типологией, их механизмами власти и идеологическим обоснованием этой власти.

В курсе с большей или меньшей степенью детализации затронуты такие вопросы, как основные типы полисных элит в их взаимном сопоставлении, методы достижения и сохранения влияния, практиковавшиеся элитами, институциональные и неинституциональные факторы положения элит в полисе, соотношение этих факторов, взаимоотношения элит и гражданского коллектива, выявление основных характеристик этих элит в синхронном и диахронном аспекте, их эволюции в связи с изменением общих исторических условий. Очерченная тематика представляется важной и интересной в свете возрастающего в мировой науке интереса к фундаментальным проблемам политической жизни античного мира, одной из которых является проблема элит.

Ограниченный объем курса порождает необходимость наиболее углубленно сконцентрироваться на материале, ограниченном определенными территориальными и хронологическими рамками.

Преимущественное внимание будет уделено истории Афин, роли политической элиты (прежде всего аристократической) в общественной жизни афинского полиса.

Это обусловлено многими, вполне очевидными обстоятельствами: парадигматичной позицией, которую Афины занимают во всей истории античного греческого мира, наилучшей освещенностью основных этапов эволюции афинской государственности в источниках и др.

Что же касается хронологических рамок, то они охватывают собой время формирования полисного строя в Афинах, складывания афинской демократии и ее успешного функционирования. Иными словами, речь идет об архаической и классической эпохах, а если быть еще точнее – о временном промежутке VII–V вв. до н. э.

, который, по убеждению автора курса, являет собой некую целостную эпоху в историческом развитии Афин (процессы, имевшие место несколько позже, в IV в. до н. э., затронуты в последней лекции лишь достаточно суммарно, поскольку в эту эпоху основные условия политической жизни сильно изменились, и изменившаяся ситуация должна рассматриваться отдельно).

При написании курса автор опирался на свои предыдущие разработки в данной области, прежде всего на серию монографий по политической истории архаических и классических Афин (см. их перечень в списке обязательной литературы).

Разумеется, в этих монографиях соответствующая проблематика трактована более развернуто и детально; к ним мы рекомендуем обращаться тем из читателей, у кого затронутые здесь вопросы вызовут интерес и желание пристальнее изучить их.

Целевой аудиторией данного спецкурса являются в первую очередь студенты старших курсов исторических факультетов вузов, уже избравшие специализацию по истории античности. Курс может рассматриваться в контексте системы специальных курсов и дисциплин, дополняющих и углубляющих знания, полученные студентами в рамках базовой дисциплины «История древнего мира».

Курс, объем которого рассчитан на 30 аудиторных часов, состоит из 15 лекций, объединяющихся в 5 тем (см. программу и тематический план). В качестве формы отчетности по курсу предусматривается зачет.

Программа курса

Тема I. Введение в курс: древнегреческий полис и его элита

Лекция 1. Специфика полисного типа государственности

Формирование феномена древнегреческого полиса. Ахейское дворцовое царство и полис. Власть басилеев и ее ликвидация, появление аристократических режимов.

Определение полиса. Важность категорий гражданина и гражданского коллектива (демоса) для полисного типа государственности. Критерии гражданства. Республиканское устройство полиса, место народного собрания.

Полис – государство без бюрократии. Небольшие размеры древнегреческих полисов.

Особенности политической жизни и внутриполитической борьбы в полисных условиях: конкретно-ситуативный характер, значение внешнеполитических разногласий.

Полисная система ценностей. Коллективизм и индивидуализм, их сосуществование и противоборство. Формы проявления коллективистских и индивидуалистических тенденций. Стасис. Консерватизм полисного менталитета.

Разнообразие конкретных условий и политических режимов в полисном мире. Вопрос о типологии полисов. Обязательные для всех типов полисов элементы государственного устройства: народное собрание, совет, магистраты.

Лекция 2. Аристократическая элита Афин: проблемы структурирования

Полисный характер древнегреческой элиты эпох архаики и классики. Аристократическая элита (kaloi kagathoi) – исторически первый тип элиты в античной Греции. Рассмотрение ряда предварительных вопросов, связанных с аристократической элитой греческих полисов.

Читайте также:  Учет лизинговых операций - в помощь студенту

Сущность древнегреческого рода (genos): эволюция точек зрения в историографии. Род и семья. Фактор родства в политической жизни. Межродовые матримониальные связи, коалиции родов.

Генеалогическая традиция аристократов и ее отражение в источниках. Аристократическая генеалогия как средство фиксации и манифестации исторической памяти. Интерес древнегреческих авторов к генеалогическим сюжетам. Эволюция отношения к патронимику.

Генеалогия как механизм аристократического влияния. Проблема исторической ценности и аутентичности аристократических родословных. Генеалогия и просопография; значение просопографических исследований для изучения афинской аристократической элиты.

Тема II. На вершинах власти: аристократическая элита Афин в VII–VI вв. до н. э

Лекция 3. Архаическая аристократия: механизмы господства

Место эпохи архаики в древнегреческой истории. Рождение греческого полиса. Архаический аристократический полис. Незначительная политическая роль рядовых граждан. Обстоятельства, способствовавшие господству аристократии. Основные элементы аристократического образа жизни.

Зависимость демоса от аристократии и усугубление этой зависимости в первой половине архаической эпохи. Изменение ситуации, начало постепенного снижения значения аристократической элиты, факторы этого процесса. Проблема «незнатных богачей». Межаристократическая борьба – ключевой феномен общественной жизни архаических полисов.

Противостояние индивидуалистической и коллективистской тенденций в архаической Греции. Раннегреческое законодательство.

Формирование афинской аристократии и роль иммигрантских родов. Евпатриды: проблемы и сложности, связанные с трактовкой термина. Механизмы влияния аристократов в Афинах архаической эпохи.

Экономическое могущество знати и его источники. Роль знатных родов в религиозной жизни. Традиционный престиж аристократии. Ее внешние контакты: ксенические связи.

Концепция «регионализма» в политической борьбе в архаическом афинском полисе.

Лекция 4. Индивидуализм и коллективизм в архаических Афинах

Борьба индивидуального и коллективного начал. Способы предотвращения стасиса. Политические факторы колонизационного движения. Умеренная олигархия в Коринфе. Сложность структуры афинской аристократической элиты. Аристократия и тирания.

Устройство раннего афинского полиса. Положение Афин в греческом мире в течение архаической эпохи. Иммигрантское происхождение многих влиятельных аристократических родов.

Переход власти от монархии Медонтидов к аристократии, формирование системы магистратур. Органы государственной власти в раннеархаических Афинах: архонты, Ареопаг, народное собрание. Положение демоса; его закабаление аристократами.

Складывание кризисной ситуации во второй половине VII в. до н. э. Мятеж Килона и законодательство Драконта.

Лекция 5. Реформы Солона и их последствия

Аристократическое происхождение и аристократическое мировоззрение Солона. Солон и Алкмеониды. Солоновская амнистия. Предоставление Солону чрезвычайных полномочий, его реформы.

Учреждение гелиеи, Совета Четырехсот и значение этих нововведений. Компромиссный характер деятельности Солона. Положение в Афинах после солоновских реформ. Установление тирании Писистрата.

Историческое значение Солона.

Аристократический стасис и тирания. Общая характеристика архаической тирании. Средства легитимации тиранами своего положения. Тирания и индивидуалистическая тенденция в общественной жизни. Способы прихода тиранов к власти. Тиран и полис: ситуация диархии. Роль личной харизмы тирана. Тираны, аристократия и демос. Оценка исторического значения Старшей тирании.

Лекция 6. Тирания Писистратидов и афинская аристократическая элита

Ранние попытки установления тиранической власти в Афинах. Изменение условий после солоновских реформ и генезис тирании Писистратидов. Происхождение и статус Писистрата. Писистрат и Диакрия.

Начало политической и полководческой деятельности Писистрата. Три региональные группировки в Аттике VI в. до н. э. (педиеи, паралии, диакрии) и их характер. Захват Писистратом власти в афинском полисе и реакция аристократии.

Писистрат и Алкмеониды. Изгнание Писистрата и его возвращение.

Отзывы античной традиции о тирании Писистрата. Писистрат и «солоновская конституция». Писистрат и демос. Писистрат и аристократы. Значение деятельности Писистрата для консолидации афинского полиса и возрастания его роли в греческом мире.

Правление сыновей Писистрата. Примирение Гиппия с аристократическими родами. Заговор Гармодия и Аристогитона и изменение внутриполитического курса Гиппия. Свержение тирании в Афинах и возобновление межаристократической борьбы.

Тема III. От архаики к классике: рождение афинской демократии и аристократическая элита

Лекция 7. Реформы Клисфена и изменение механизмов политического влияния

Аристократы и складывание политической системы афинской демократии. Прогрессивная роль аристократии в архаической и классической Греции. Аристократы и олигархи.

Политическая борьба в Афинах конца VI в. до н. э.: Клисфен и Исагор. Значение должности первого архонта. Апелляция Клисфена к демосу и программа демократических реформ. Попытка спартанского вмешательства во внутренние дела Афин. «Афинская революция».

Личность Клисфена и сущность его реформ, связанные с этим проблемы и сложности. Итоги деятельности Клисфена. Резкая активизация демоса в политической жизни. Афинская аристократия и реформы Клисфена: существенное изменение механизмов власти. Постановка политической активности аристократов под контроль демоса.

Начало процесса, приведшего к вытеснению аристократов из политики.

Лекция 8. Аристократическая элита в политической борьбе начала V в. до н. э

Закон Клисфена об остракизме и исторический контекст его принятия. Остракизм и тирания. Остракизм и демос. Отношение демоса к тирании в первые годы демократии. Остракизм как средство контроля гражданского коллектива над аристократией. Изменение функций остракизма: остракизм как инструмент политической борьбы между аристократами.

Греко-персидские войны и внутриполитическая борьба в Афинах начала V в. до н. э. Главные политические группировки и их позиции во внешнеполитических вопросах (отношение к Персии и Спарте). Группировка сторонников Писистратидов. Группировка Алкмеонидов. Группировка Фемистокла.

Прибытие в Афины Мильтиада и создание им своей группировки. Мильтиад в политической борьбе 490-х гг. до н. э. Мильтиад, Персия и Спарта. Марафонское сражение. Опала Мильтиада.

Общая оценка деятельности Мильтиада: аристократический лидер, не сумевший приспособиться к реалиям демократической эпохи.

Лекция 9. Аристид и Фемистокл

Становление афинской демократии «от Клисфена до Эфиальта». Роль морской программы Фемистокла в этом процессе. Реформа архонтата 487 г. до н. э. и ее последствия.

Исторический контекст перемен: изменения в составе политических группировок после Марафонского сражения.

Разгром группировок Писистратидов и Мильтиада, ослабление Алкмеонидов, резкое возрастание влияния группировки Фемистокла. «Биполярная» тенденция в политической жизни.

Политическая позиция Аристида: «политик вне группировок». Роль Фемистокла и Аристида в реформе архонтата. Остракизмы 480-х гг. до н. э.: успешная борьба Фемистокла против своих конкурентов.

Роль «персидского вопроса» в первых остракизмах и выраженно антиперсидская линия Фемистокла. Причины интенсификации применения остракизма. Фемистокл – простат демоса. Упадок его влияния в 470-х гг. до н. э.

Создание коалиции аристократических родов, направленной против Фемистокла. Остракизм и осуждение Фемистокла. Общая оценка его политической карьеры.

Тема IV. На пути демократизации: аристократическая элита Афин в середине V в. до н. э

Лекция 10. Общие закономерности переходного периода. Деятельность Кимона

Аристократы во главе политических группировок. Была ли афинская аристократия антидемократической по убеждениям и имела ли идеология демоса антиаристократический характер? Интеграция аристократов в демократический полис. Гражданский коллектив и лидеры.

V в. до н. э. как переходный период от аристократического господства к окончательной форме демократии. Демос и аристократия в V в. до н. э.: элементы диархии.

Разграничение властных полномочий между демосом и аристократами. Аристократическая демократия. Механизмы и приемы политической борьбы в переходный период в сопоставлении с предшествующей и последующей эпохами.

Общеполисная (городская) и локальная (сельская) политическая элита.

Приостановка процесса радикализации демократии в период лидерства Кимона. Кимон как сторонник «патерналистской» демократии. Кимон и Ареопаг. Механизмы политического влияния: Кимон как предшественник Перикла. Опала Кимона.

Лекция 11. Демократические реформы середины V в. до н. э. и аристократия

Источник: https://www.litres.ru/igor-surikov/aristokratiya-i-demos-politicheskaya-elita-arhaicheskih-i-klassicheskih-afin/chitat-onlayn/

Становление политического общества в Древней Греции

Древнейшая в Европе цивилизация сформировалась на о-ве Крит в первой половине II тыс. до н. э. Около двух столетий длившаяся война между отдельными племенами, населявшими остров уже более полутысячи лет, закончилась победой одного из них, с культовым и раннеполитическим центром в г. Кносса.

Подчинение единому центру других племен и объединений стимулировало эволюцию новой общности к образованию протогосударства, способствовало накоплению богатств в одном городе-дворце и социальному расслоению населения. Проявлением расцвета сложившегося протогосударства стало строительство огромного дворца в Кноссе – по сути целого города (площадью в 16 тыс. кв.

м.); в позднейших греческих мифах – это знаменитый лабиринт царя Миноса. Примерно в сер. XV в. до н. э. Критское царство завоевывается племенами ахейцев из континентальной Эллады, в результате чего образуется временный единый государственно-политический союз нескольких народов.

Это стимулирует формирование политических функций ранней общественной власти, сохранявшей у протогреческих народов родоплеменной характер.

Минойское царство (просуществовавшее примерно до рубежа XII – XI вв. до н. э.) представляло собой типичное протогосударство, сходное с ближневосточными. Основой его было государственно-распределительное хозяйство с принудительным трудом населения и, в меньшей степени, рабов.

Концентрация этого распределения во власти царского клана, занимавшего Дворец, позволило довольно быстро сложиться прослойке богатой знати, связанной с жреческими функциями и раздачей общественно-государственных запасов.

Глава царства был и верховным жрецом, причем вся протогосударственная иерархия была порождена выполнением религиозных обрядов – Минойское царство было вариантом священного протогосударства, теократии (подобно Египту эпохи Раннего царства).

Особа царя считалась священной и неприкосновенной, он участвовал главным образом в ритуализированных действиях, в принесении жертв и, видимо, не появлялся за пределами Дворца.

С именами полумифического критского царя Миноса и его брата Радаманта связаны сведения о первых законах. С их помощью пытались сохранить древний уклад (запретами на пьянство, на излишнее обогащение) и гарантировать родовое право на самозащиту.

Суд еще не носил государственного характера: «Судебные решения, – спустя почти тысячу лет записал греческий философ Платон, – выносились просто и быстро; если судья сомневался в каком-нибудь деле, обвиняемый приносил клятву относительно вызывающего сомнения вопроса; этим дело и кончалось быстро и ненарушимо…»

Достижения критской культуры, прежде всего письменность, и, частично, формы предгосударственного уклада повлияли на сообщество ахейских племен, сформировавших ранние государственно-политические объединения уже в самой Элладе.

Территория исторической Эллады (Греции) заселялась с III тыс. до н. э. племенами, не имевшими ничего этнически общего с позднейшими греками. В конце III тыс. до н. э.

в Элладу нахлынула первая волна завоевателей – племена ахейцев. К середине II тыс. до н. э.

ахейское общество подошло к стадии образования в нем надобщинной администрации, в значительно большей степени, чем у народов Ближнего Востока, сохранив привязанность к родовому прежнему укладу.

Ахейское общество состояло из замкнутых родов-кланов, ведущих свое происхождение от одного предка. Такой клан был экономической, семейной, религиозной и ранней политической общностью.

Возглавлял его вождь, которым становился более чистый по крови старший из мужчин; он же был главным жрецом клана. В отношении членов рода вождь обладал почти безграничной властью, включая право жизни и смерти жены, детей, продажи их в рабство.

Он же творил суд, руководствуясь обычным правом семьи (Themis); во взаимоотношениях с другими кланами вырабатывались нормы междусемейного обычного права (Dike).

В процессе общения с крито-эгейским миром, и в ходе завоевания его, у ахейцев активизировалось становление протогосударства. Особенно продвинулось оно на юге Эллады, где центром мощного объединения стал г. Микены. Микенское царство (втор. пол. II тыс. до н. э.) было довольно развитым протогосударственным объединением.

Основу его исторически составило дворцовое хозяйство, возникшее из государственно-распределительной системы, обеспеченное трудом рабочих отрядов и, частично, плененных и купленных вне Эллады рабов. Возглавлял центральную администрацию правитель – ванака, государственные права которого опирались на втрое большие, чем у других, земельные владения.

При нем появляется специальный военный вождь. (Такое разделение власти также еще напоминает восточные структуры.) В отношениях с подвластными племенами и кланами складывается общая налоговая система из 16 округов на основе учета земель.

Со временем близкая к восточной предгосдударственная организация начинает вытесняться собственной, ахейской, более связанной с клановоплеменными традициями. Во главе каждого клана-племени становится вождь – басилей, одновременно являвшийся жрецом.

Объединением кланов (что стимулировалось обычно внешними причинами) руководит совет вождей, делящий власть с народным собранием. Вожди уже нередко наследуют в клане свои полномочия. Исторической кульминацией тенденции к государственно-политическому объединению ахейских племен стала знаменитая Троянская война в XIII в. до н. э.

, известная по памятникам греческого эпоса – поэмам Гомера. Эта же война стала, по-видимому, одним из факторов последующего упадка ахейских обществ, их разобщения, и в конце концов падения ахейской цивилизации под натиском новых завоевателей.

Дорийское завоевание: начало нового строя

На рубеже XIII – XII вв. до н. э. на территорию Эллады с севера вторгаются племена завоевателей другой этнической принадлежности – дорийцы. Это вторжение, продолжавшееся до XI в. до н. э.

, окончательно раздавило клонившуюся к упадку ахейскую цивилизацию и крито-микенскую культуру, основанную в том числе на раннерабовладельческих отношениях. Дорийцы подчинили себе большинство прежних племен либо вытеснили их в отдельные области прежней Эллады.

Именно дорийцы стали основателями новой греческой цивилизации и государственности.

Дорийские племена не составляли внутри себя ни языкового, ни национального, ни религиозного единства. Разные группы племен по-разному осваивали области прежней ахейской цивилизации, по-разному взаимодействовали с прежним населением. Это определило различные пути формирования нового общества и новых государственно-политических укладов.

Дорийцы объединялись в племена. Их ячейки составляли семьи патриархальные, находившиеся под властью главы семейства. Племена во главе с вождями группировались вокруг городов, большинство из которых было основано еще во времена ахейцев; город-поселение подразделялся, как правило, на 3 филы-племени.

Ассимилируя прежнее ахейское население, дорийцы стали оседлым земледельческим обществом, приверженным городской цивилизации. Город постепенно делался религиозным центром-святилищем (прежний бог доминирующего племени признавался общим, но сохранялось почитание других, которые образовали своего рода священную иерархию во главе с Зевсом, Аполлоном или Афиной).

Правил в таком городе басилей – жрец, который означал главу и патриархальной семьи, и племени. Власть его обрела священный характер: он носил особые царские знаки – скипетр, пурпурные одеяния, корону, восседал на троне, решая общие дела. Его слово становилось как бы живым законом в городе.

Власть общегородского басилея наследовалась по праву старшинства в его роде, хотя гомеровские поэмы и сохранили немало фактов об оспаривании трона другими представителями племени, мужчинами.

Роды-племена оставались вполне автономными. Их вожди собирались на совет вместе с басилеем, где решались политические вопросы.

Существовало и народное собрание, называвшееся в разных союзах племен по-разному (апелла, агора, экклезиа) и группировавшееся по племенам – этериям; собрание могло отменить или одобрить решения совета вождей, здесь же решались споры между этериями-племенами.

Дорийское общество практически воспроизвело многие черты прежней ахейской организации, однако сформировало и важное отличие: центром политического объединения становился по-особому организованный город.

Становление полисной организации

К рубежу IX – VIII вв. до н. э. обновившееся дорийско-эллинское общество вступило в новый этап своей истории.

Повсеместно поселения отдельных племен под влиянием внешних факторов и подчиняясь тяготению общинной жизни объединяются вокруг общих центров, где складывается единая надродовая и надплеменная администрация.

3-4 (редко больше) поселения вместе с прилежащими к ним сельскими округами вливаются в единый крупный город; это явление получило название синойкизма (слияния). Так появились крупнейшие впоследствии города-государства Эллады: Спарта, Афины, Коринф и другие.

В государственно-политическом отношении на смену примитивным царствам, представлявшим только первую ступень преобразования надобщинной администрации в протогосударство, возникает правление «лучших людей», опирающееся на землевладельческую аристократию. Появление аристократической (вместо единоличной на Ближнем Востоке) формы раннего государства стало одной из самых важных исторических особенностей становления античной государственности вообще.

К VIII в. до н. э. в большинстве ранних государств Эллады социальное расслоение населения достигло высокой степени. Образовался экономически влиятельный слой земледельческой аристократии (бывшей родовой знати, старейшин, басилеев и т. д.

Читайте также:  Основные понятия комбинаторики - в помощь студенту

), многие из которых сохраняли и традиции религиозно-политического влияния соплеменников.

Политическое влияние знати опиралось на ее десятикратное как минимум превосходство в размерах земельных владений, на дошедшие от прежней стадии догосударственного быта привилегии в сборе налогов, на традиционные судейские полномочия.

Значительная часть земледельческого населения большинства областей Эллады попала в правовую и экономическую зависимость от аристократии. Вместе с тем исторически именно аристократия стала тем активным социальным слоем, который продвинул общий процесс становления ранних государственных форм и институтов.

В этот так называемый архаический период (IX – VI вв. до н. э.) в большинстве образующихся полисов формируются новые предгосударственные институты, выражающие новый политический уклад. Власть басилея-царя утрачивает свое значение, он остается фигурой преимущественно религиозной и судебной.

Место главенствующего политического учреждения занимает совет знати (булэ) , где решаются основные дела полиса, ведутся переговоры с представителями других полисов, решаются военные вопросы. Рядом с советом в той или иной форме существует народное собрание, эпизодически собирающееся на рыночной площади – агоре.

Для повседневной управленческой работы советы образуют особые коллегии – притании, обладающие исполнительной властью. Некоторые города меняют царей на выборных правителей – архонтов, которые исполняют те же функции.

В каждом полисе той эпохи (а само слово polis означало и собственно укрепленное поселение, и новую государственную общину) можно было найти особые здания совета (булевтерий), управления (пританей), суда (династерий) и, конечно, площадь-агору.

Реально политическая организация власти в ранних полисных государствах могла быть различной: или несколько древних аристократических родов делили власть в полисе (Афины, Мегара, Милет), или аристократическое правление обретало форму коллективного царя (Коринф, Митилены). Но отсутствие правильных и признанных правом полномочий не позволяет считать власть архаического периода вполне государственной.

Аристократическое правление опиралось на безусловное экономическое давление землевладельческой знати и простую социальную структуру: родовая знать – крестьяне-землевладельцы. Однако с началом VIII в. до н. э. положение изменилось.

Началась великая греческая колонизация Средиземноморья, освоение и захваты побережья Малой Азии, Италии, островов Эгейского моря, Сицилии и других. Появился мощный военный и торговый флот, растет торговля, ремесленное производство. Вместе с этим вырос и новый социальный слой – демос.

Уже не только владение землей и старые привилегии определяли богатство и вес в полисе, девизом новой эпохи, по высказыванию спартиата Аристодема, стали слова «деньги делают человека». Новый социальный слой начал предъявлять серьезные претензии к всевластию аристократии и вообще к организации власти в полисах.

Это породило длительную полосу исторически затяжных и порой очень острых социальных и политических конфликтов.

Выход из этих неизбежных столкновений был в новой организации власти и в реформах социально-правовых порядков. По всей Элладе VII – VI вв. до н. э. стали временем, когда на место аристократического правления приходит ранняя тирания, или единовластие энемнетов-законодателей.

Единоличное правление устанавливается или по согласию аристократии и в общих интересах полиса – так было в Локрах, Митиленах, Афинах (650 – 540 гг. до н. э.), или тирания одного становится средством борьбы демоса со старой аристократией, как в Коринфе, Мегарах (670 – 630 гг. до н. э.).

Ранние тираны – это не монархи и не прежние басилеи; их власть не наследственна, лишена религиозного значения и более напоминает диктаторскую с исключительно неограниченными полномочиями. Иногда тирания удерживала несколько десятилетий наследственное преемство власти в ряде греческих городов.

Выражая интересы крестьянства и демоса, правовая политика тираний была направлена против аристократии, против разрастания имущественного неравенства, против злоупотреблений, представлявшихся несправедливыми, но которые были только выражением времени.

С именами первых тиранов связано и начало регулярного законодательства в греческих полисах, переустройство государственных институтов. Первым из исторически известных древних тиранов был Залевк в Локрах (Юж. Италия), пришедший к власти в 663 г. до н. э.

Он переменил государственный уклад, запретил сделки с землей, составил жесткое по санкциям собрание уголовных законов, настолько прославившееся в Элладе, что его применяли и спустя 300 лет. Примеру Залевка последовал Харонд из Катан (на Сицилии). В других греческих городах роль тиранов выполняли особые арбитры, или законодатели, избранные на 5 – 10 лет для «наведения порядка», под которым понимался возврат к старой жизни.

Тираниям удавалось достичь своих целей только временно. Социальный уклад греческих полисов неизбежно эволюционировал в направлении общества, основанного на частной или особой корпоративной собственности. Основным результатом периода тираний стало ускоренное и завершенное оформление в полисах государственной организации.

Омельченко О.А. Всеобщая история государства и права. 1999

Источник: http://be5.biz/pravo/i014/116.htm

Читать

ГЛАВНАЯ РЕДАКЦИОННАЯ КОЛЛЕГИЯ:

академик А. О. ЧУБАРЬЯН (главный редактор)
член-корреспондент РАН В. И. ВАСИЛЬЕВ (заместитель главного редактора)
член-корреспондент РАН П. Ю. УВАРОВ (заместитель главного редактора)
кандидат исторических наук М. А. ЛИПКИН (ответственный секретарь)
член-корреспондент РАН X. А. АМИРХАНОВ
академик Б. В. АНАНЬИЧ
академик А. И. ГРИГОРЬЕВ
доктор исторических наук А. Б. ДАВИДСОН
академик А. П. ДЕРЕВЯНКО
член-корреспондент РАН С. П. КАРПОВ
академик А. А. КОКОШИН
академик В. С. МЯСНИКОВ
доктор исторических наук В. В. НАУМКИН
академик А. Д. НЕКИПЕЛОВ
доктор исторических наук К. В. НИКИФОРОВ
академик Ю. С. ПИВОВАРОВ
член-корреспондент РАН Е. И. ПИВОВАР
доктор исторических наук А. П. РЕПИНА
академик В. А. ТИШКОВ
академик А. В.ТОРКУНОВ
академик И. Х. УРИЛОВ

Редколлегия первого тома:

член-корреспондент РАН А. И. Иванчик,

член-корреспондент РАН Х. А. Амирханов,

доктор исторических наук Г. А. Кошеленко,

доктор исторических наук О. В. Сидорович

Рецензенты:

доктор исторических наук А. А. Бокщанин,

доктор исторических наук П. П. Шкаренков

ВСЕМИРНАЯ ИСТОРИЯ: ВЗГЛЯД ИЗ XXI ВЕКА

Российскому читателю предлагается новое шеститомное издание «Всемирной истории». Прежнее 13-томное издание вышло в свет в 60-е годы XX в. В нем был представлен большой фактический материал, но вся концепция издания, исторические оценки, естественно, отражали идеологические постулаты того времени.

Идея развития и смены общественно-экономических формаций пронизывала все тома (от древности до новейшего времени). С тех пор в исторической науке России, да и всего мира, произошли огромные принципиальные изменения.

С отказом российских историков от формационной парадигмы как универсального и единственного критерия для раскрытия и понимания истории человечества перед российской историографией открылась возможность плюралистического взгляда на ход мировой истории.

Публикация в России сочинений виднейших представителей мирового философского и исторического знания — Макса Вебера и Арнольда Тойнби, Фернана Броделя и Карла Ясперса — позволила историкам познакомиться с альтернативными объяснениями мировой истории.

В современном обществе значительно возрос интерес к истории. В России и во многих других странах ведутся острые дискуссии вокруг оценок многих исторических событий, особенно применительно к XX столетию.

Острота полемики вызывается и тем обстоятельством, что в ряде стран обозначилась тенденция к пересмотру сложившихся оценок истории России и других стран, проблем международных отношений и социальных конфликтов.

По мнению ряда историков и политологов, общественных деятелей и журналистов, в разных странах явно прослеживаются «политизация» и «национализация» истории, которые затрудняют поиски и распространение исторических знаний и правды о реальных событиях отечественной и мировой истории.

Все это повышает общественный статус и значение исторической науки; одновременно возрастает и критика профессиональных историков со стороны различных кругов населения. Причем эти явления характерны и для России, и для других стран.

На этой основе усиливается интерес и к осмыслению исторического опыта, к пониманию его роли в современной жизни.

Историческая наука приобретает все большее значение и как источник знаний о прошлом, о национальных и интернациональных традициях, и как аккумулятор исторической памяти и исторического пути, пройденного человечеством.

В этом плане история выступает важным, если не самым главным, инструментом формирования личности и воспитания молодого поколения, утверждения у молодых людей ценностных ориентаций, в которых современная жизнь органически соединяется с историческим опытом и наследием прошлого. Благодаря ей поддерживается генетическая связь с прежними поколениями, на которую накладываются знания и информация, получаемые в школах, в высших учебных заведениях и через средства массовой информации.

За последние годы во многих государствах были опубликованы тысячи фундаментальных трудов, раскрывающих мировую, региональную и национальную истории. Переиздание всемирно известных изданий, типа Кембриджской истории, постоянно стимулирует исследование теоретических проблем всемирной истории.

В течение 15–20 лет в этой области обозначились новые направления научных разработок и исследований. Прежде всего, речь идет о так называемой «глобальной истории». Этот термин появился в исторической науке как следствие интереса во всем мире к проблемам глобализации и к всемирности исторического процесса.

Распространение тематики «глобальной истории» привело к изданию значительного числа трудов по этой проблематике; была создана специальная Ассоциация по глобальной истории, во многих странах начали издаваться научные журналы, тема глобальной истории была включена в программу Международного конгресса исторических наук.

Главное состоит в том, что «глобальная история» стала неким новым подтверждением «всемирности» исторического процесса, его целостности и в какой-то мере универсальности, получив тем самым новый стимул и легитимность в изучении его проблематики.

В то же время прошедшие годы показали, что понятие и сам термин «глобальная история» отнюдь не являются универсальным и тем более единственным критерием для познания и раскрытия исторического развития.

Понятие «глобальной истории» лишь указывает на взаимосвязь континентов, регионов и государств в разные исторические эпохи, на общие процессы и схожие фазы развития.

В мировой истории глобализм и всемирность, универсализм и макроистория всегда привлекали значительное внимание исторического сообщества. В этом контексте такие темы, как формирование и крах империй, интеграционные процессы в истории, взаимосвязь континентов, компаративистские исследования, экономический аспект интернационализации, активно изучаются специалистами в разных странах.

Но наряду с этим явно нарастает интерес к истории региональной и локальной, к частной жизни и к истории повседневности. Острые дискуссии развернулись в 90-е годы XX столетия вокруг проблем не только макро-, но и микроистории.

Отказ от теории формаций вызвал в российской историографии большой интерес к исследованиям отдельных вопросов, к повседневной жизни, объединяемых понятием «микроистории».

В большей мере такая тенденция стала следствием отказа большинства российских историков от стремления объяснить все многообразие исторического процесса одной концепцией общественно-экономических формаций.

После длительных дискуссий историки пришли к выводу, что макро- и микроисторический подход необходим, но исторический синтез остается важнейшим критерием и способом объяснить поступательное движение человечества. В контексте этих явлений можно найти объяснение соотношениям исторического факта, конкретного события и общих линий развития, синтеза и нарратива.

Источник: https://www.litmir.me/br/?b=240283&p=60

Ахейское общество

Микенская культура

Создателями микенской культуры были греки-ахейцы, вторгшиеся на Балканский полуостров на рубеже III-II тысячелетий до н.э. с севера, из района Придунайской низменности или из степей Северного Причерноморья, где они обитали первоначально.

Продвигаясь все дальше на юг по территории страны, которая в дальнейшем стала называться их именем, ахейцы частью уничтожали, а частью ассимилировали коренное догреческое население этих областей, которое позднейшие греческие историки назвали пеласгами. Это был, судя по всему, народ индоевропейского происхождения.

Позднейшие греческие историки считали пеласгов и других древнейших обитателей страны варварами, хотя в действительности их культура не только не уступала культуре самих греков, но первоначально, по-видимому, во многом ее превосходила. Об этом свидетельствуют археологические памятники так называемой раннеэлладской эпохи (вторая половина III тысячелетия до н. э).

В III тыс. до н.э. пеласги создали довольно высокую культуру. Однако ее развитие было прервано вторжением на полуостров первой волны греческих племен из района Придунайской низменности.

Греки пришли на свою новую родину на рубеже III-II тыс. до н.э. Ведущую роль среди них в тот период играла племенная группа ахейцев; отсюда и цивилизацию, созданную ими, обычно называют ахейской. Местное население частично было уничтожено, частично смешалось с завоевателями.

После длившегося несколько столетий застоя, вызванного вторжением и войнами, с XVI в. до н.э. в Греции вновь начинается экономический и культурный подъем. Появился гончарный круг, в области военного дела важнейшим нововведение была боевая колесница с запряженными в нее лошадьми.

Обособившись от рядовых общинников, аристократы стали строить неприступные крепости. Возникли первые, пока довольно примитивные государственные образования.

На первом этапе ахейцы испытали сильное влияние развитой цивилизации Крита. Критяне властвовали на море, и греки вынуждены были подчиниться им и платить дань. У Крита были заимствованы многие важные элементы ахейской культуры: некоторые религиозные культы, фресковая живопись, водопровод и канализация, тип одежды. Переняли греки у критян и письменность, приспособив ее к своему языку.

Крупнейшим центром ахейской цивилизации был город Микены в Арголиде. Поэтому саму эту цивилизацию очень часто называют также микенской.

Другими важными центрами были Тиринф по соседству с Микенами, Пилос в Мессении, Иолк в Фессалии, Афины, Фивы.

В эпоху своего расцвета микенская цивилизация охватывала всю Южную и Среднюю Грецию, часть Северной и многие острова Эгейского моря. Ахейская Греция была богатой страной с многочисленным населением.

Ахейское общество

Ахейская цивилизация, как и критская, концентрировалась вокруг дворцов. Наиболее значительные из них были открыты в Микенах и Тиринфе (Арголида), в Пилосе (Мессения, юго-западный Пелопоннес), в Афинах (Аттика), Фивах и Орхомене (Беотия), наконец, на севере Греции в Иолке (Фессалия). Архитектура микенских дворцов имеет ряд особенностей, отличающих их от дворцов минойского Крита.

Важнейшее из этих отличий состоит в том, что почти все микенские дворцы были укреплены и представляли собой настоящие цитадели, напоминающие своим внешним видом замки средневековых феодалов. Также дворцы стояли не изолированно, а входили в состав городов, которых на Крите не было; они были значительно меньше критских по своим размерам и их планировка была более упорядоченной и симметричной.

Ахейские цари, судя по всему, были воинственными и свирепыми людьми, жадными до чужих богатств. Ради грабежа они предпринимали далекие походы по суше и по морю и возвращались на родину, нагруженные добычей. Отсюда — вошедшее в пословицу богатство микенских владык.

О структуре ахейского общества позволяет судить найденный в Пилосском дворце архив, содержащий документы хозяйственной отчетности на глиняных табличках. Ахейские греки создали так называемое «линейное письмо Б», которое удалось расшифровать.

До нас дошло большое количество письменных памятников, главным образом документы хозяйственной отчетности. В хозяйстве дворцов использовался труд сотен, а, может быть, и тысяч рабов, в основном женщин и детей. Они мололи зерно, пряли, шили одежду.

Однако основную массу трудящегося населения в микенских государствах составляли жившие в окрестных деревнях земледельцы и ремесленники, формально свободные, но фактически находившиеся в зависимости от дворца. Таким образом, было создано централизованное дворцовое хозяйство, роднящее ахейскую цивилизацию со многими обществами Древнего Востока.

Конечно, не следует считать, что этим централизованным хозяйством была полностью охвачена экономика того или иного ахейского царства. Крестьяне имели собственные небольшие частные хозяйства.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Источник: https://studopedia.ru/11_225330_aheyskoe-obshchestvo.html

Ссылка на основную публикацию