Варяги в исторических источниках — в помощь студенту

Здравствуйте, уважаемые читатели блога KtoNaNovenkogo.ru. «Что хорошего могут сделать для нас варяги?» – так говорят, когда на руководящие посты назначают людей «со стороны».

alt

Узнай стоимость своей работы

Бесплатная оценка заказа!

Оценим за полчаса!

Об этих загадочных личностях упоминают любители футбола, о них поют («Врагу не сдается наш гордый «Варяг»!). Несмотря на популярность, значение этого слова покрыто мраком.

Чтобы его развеять и понять, кто такие варяги, придется запустить машину времени и отправиться в глубь веков. Вперед!

Варяги — что это за люди и смысл слова

Термин «варяги» появился на Руси в XI веке (в Византии и на арабском Востоке он был известен ранее). По версии «Повести временных лет», самой древней из сохранившихся летописей, они сыграли весомую роль в становлении Русского государства.

Именно призвание варягов на княжение в Новгород, произошедшее в 862 году, принято считать отправной точкой русской истории.

Смысл слова «варяги» трактуют по-разному:

alt

Узнай стоимость своей работы

Бесплатная оценка заказа!

Оценим за полчаса!
  1. В сагах северных народов слово «væringjar» (варяг) появляется в начале XI века в связи с описанием службы скандинавов в Византии.

    В этой интерпретации варяги – это воины-наемники, союзники, давшие клятву верности византийскому императору.

    Были такие наемники и на Руси: к их помощи прибегнул князь Игорь в походе 943 года. Варяжская дружина помогла Владимиру Святославичу захватить в 979 году Киевский престол.

  2. Это общее название тех, кто занимался морским разбоем (от varg — «волк», «разбойник»).
  3. Варяг – это удалой купец, иногда трудноотличимый от разбойника. В пользу этой версии говорит слово «варяжить», сохранившееся в русском лексиконе. В императорской России оно означало «заниматься мелким торгом». Именно с варягами был связана главная торговая магистраль IX—XII веков, «путь из варяг в греки».
  4. «Варя» – так назывался процесс выварки соли перед ее выносом на сушку. Полученную соль именовали варью. Этим некоторые историки объясняют тот факт, что Балтийское море в древности называлось Варяжским – из-за солевого промысла, процветающего на его побережье.
  5. Происхождение от кельтского var (вода). Здесь подразумеваются жители побережья, в русской версии – поморы.

Варяги, будь то купцы, воины-наемники или «лихие люди», волей-неволей оказывались на территории, населенной восточными славянами, устремляясь в Византию. Эта страна в VIII — ХI веках манила богатством, сулила сказочные возможности.

Десятки тысяч людей проходили по славянским землям с севера на юг и обратно по маршруту, названному Нестором «Путь из варяг в греки и из греков в…».

Этот водный маршрут, пролегавший от Балтийского моря до Византийских земель, был главной магистралью торгового и культурного обмена между северными и южными народами вплоть до монгольского нашествия.

Есть мнение, что варяги в Древней Руси – это собирательное понятие. Оно могло обозначать любых «пришлых» людей, появляющихся с разными целями, будь то торговля, служба в качестве наемников или пиратские набеги.

Нас интересует «узкая версия»: кто такие варяги на Руси, ставшие главными действующими лицами в образовании Древнерусского государства?

Призвание варягов

История Руси начинается с событий, главными героями которых выступают варяги. Именно им платили дань в середине IX века славянские и финские племена. К 862 году варягов изгнали, и настало время кровопролитных междоусобиц.

Устав от бессмысленных столкновений, славянская знать решила поискать князя на стороне, «за морем». Обратились «к варягам, к Руси», красочно описав свою землю как обширную и обильную, но лишенную порядка.

Князь-варяг Рюрик, принявший привлекательное предложение, отправился за море с дружиной и родом. Собственно, с этого момента и началась история российской государственности.

Поначалу ученые относились к рассказу о призвании варягов с полным доверием, но со временем он стал подвергаться сомнению.

О легендарном событии нет ничего ни в русских (кроме «Повести временных лет»), ни в скандинавских источниках. В последних упоминается лишь о воинах-наемниках, отправляющихся в страну Гардарик (так именовалась Русь), и получающих за свои услуги щедрое вознаграждение.

В начале XX века историк А.А.Шахматов заявил, что блок о призвании является более поздней вставкой. Есть мнение, что эта легенда включена в текст с целью укрепления независимости Руси от влияния Византии.

При внимательном прочтении летописи рассказ о призвании предстает в новом свете. Между славянской и финской племенной знатью и варяжскими князьями был заключен договор («ряд»).

Он предусматривал передачу призываемой стороне полномочий управляющего на условиях «володеть», «судить» («рядить») по праву, по ряду – в соответствии с нормами местного права.

Сегодня многие историки рассматривают призвание варягов на Русь как отражение договорных отношений между восточнославянской и финской знатью с одной стороны и варяжской дружиной во главе с князем (выражаясь современным языком, он выступал в роли топ-менеджера) — с другой.

Событие, ставшее первоначальной точкой российской истории, вызывает споры еще и потому, что окончательно не выяснено, что такое варяги, призванные на Русь, с этнической точки зрения.

Скандинавская версия происхождения варягов (несостоятельная)

Летописный приход варягов «из-за моря» дал основание считать их выходцами из Скандинавии, потомками современных шведов, датчан, норвежцев. Долгое время скандинавское происхождение варягов считалось доказанным.

Лингвисты подтвердили скандинавские корни имен представителей первой правящей династии: Рюрик, Олег, Аскольд, Дир, Игорь, Ольга. В ходе археологических раскопок на Рюриковом городище (это место близ современного Великого Новгорода) найдено много скандинавских артефактов – значительно больше, чем славянских.

Пестрят скандинавскими именами и первые международные договора, заключенные в 911 году Олегом и в 944 году – Игорем. «Мы от рода рускаго: Карлы, Инегельд, Фарлоф, Веремуд, Рулав…»

Подтверждение скандинавского происхождения призванных варягов отыскалось в зарубежных источниках. Так, путешественник Ибн Фадлан подробно описал обряд захоронения знатного руса, традиционный для Северной Европы.

«Скандинавская» версия легла в основу норманнской теории, популярной в 1-й половине XVIII века благодаря немецких ученым Г.З.Байеру, Г.Ф.Миллеру и А.Л.Шлецеру.

Согласно этой концепции до призвания варягов-скандинавов славянские племена жили «во мраке», имея смутные представления о государстве, культуре и тому подобных категориях. Скандинавы (их еще называли «норманны» — северные люди) практически создали Древнерусское государство и русский народ.

Норманнская теория в такой «жесткой» трактовке сегодня признана несостоятельной, однако многие историки считают скандинавское происхождение варягов, сыгравших значимую роль в истории российской государственности, доказанным.

Варяги — это славяне?

Есть точка зрения, что варяги никак не связаны с викингами-скандинавами, которые на момент исторического призвания имели очень смутное представление о государственности.

Они совершали грабительские походы на русские земли, но походы эти носили характер краткосрочных набегов. Их правители, называемые конунгами, умели управлять максимум одним племенем или деревней, но с государством точно не справились бы. К тому же приглашенного на княжение Рюрика именовали князем, а не конунгом.

В качестве места расселения варягов сторонники этой версии указывают южное побережье Балтики. В VIII-IX веках, после Великого переселения народов, славянские народы населяли значительную часть Европы, имели близкую культуру, понимали язык друг друга.

Посол Сигизмунд Герберштейн, побывавший в Москве в начале XVI века, утверждал, что родина варягов – Вагрия, которая находилась на южном балтийском побережье.

По «славянской» версии отправка послов к народу, называемому летописцем «варяги-русь», было обращением за помощью к дальним родственникам. Поэтому в источниках нет упоминаний о языковом барьере между призванными варягами и славянами.

Споры о том, кем были призванные на Русь варяги, продолжаются. Не исключено, что даже если бы у историков появилась возможность обратиться к самому Нестору-летописцу: «Объясните смысл слова варяги!», они получили бы обтекаемый ответ.

Ведь «Повесть временных лет» предлагает разные варианты, вначале трактуя понятие «варяги» по признаку территориального расселения, далее намекая, что это был отдельный этнос, в итоге переходя к разноэтничной версии.

Варяги (это определение, по-видимому, употреблялось в широком смысле, для обозначения пришлых воинов, купцов, князей) независимо от этнической принадлежности сыграли значимую роль в формировании Древнерусского государства, однако будет неверным ее преувеличивать.

Условия для образования государства у восточных славян сложились еще до легендарного призвания.

Современные варяги

Слово «варяги» не кануло в лету вместе с этим загадочным народом, его употребляют и сегодня – в значениях, близких к изначальным.

В футболе так называют игроков-легионеров, играющих за команду не из своего национального чемпионата.

Подобная «миграция» (что это?) стала привычным явлением, в каждом чемпионате имеются правила, оговаривающие допустимую численность «варягов» на поле.

В кадровой политике распространился «феномен варягов» – назначение руководителей регионов со стороны. Есть еще «полуваряги» – уроженцы своего региона, давно утратившие с ним связь.

Такие назначения происходят неспроста:

  1. При расколе местной элиты, неспособной предложить собственную кандидатуру на высший региональный пост.
  2. Если в регионе отмечен высокий уровень коррупции, и местные кандидаты так или иначе оказываются вовлечены в нее.
  3. Пришлые руководители могут назначаться для исправления кризисной ситуации в регионе.
  4. Случается, что нужно «пристроить» значительную столичную фигуру.

Руководитель «со стороны», как правило, приводит с собой команду единомышленников, поэтому призвание варягов становится похожим на летописную версию: князь приходит «с дружиной и домом».

Заключение

Варяги растворились в истории, обеспечив потомкам почву для исторических баталий, но слово прижилось в лексиконе и активно употребляется.

Однако без понимания его сути есть риск предстать в нелепом образе седовласого викинга, размахивающего боевым топором: как говорил Михаил Жванецкий, в историю трудно войти, но легко вляпаться!

Удачи вам! До скорых встреч на страницах блога KtoNaNovenkogo.ru

Варяги в исторических источниках - в помощь студенту

  • * Нажимая на кнопку «Подписаться» Вы соглашаетесь с политикой конфиденциальности.
  • Подборки по теме
  • Использую для заработка

Рубрика: Отвечаю на частые вопросы

Источник: https://KtoNaNovenkogo.ru/voprosy-i-otvety/varyagi-kto-ehto-takie-prizvanie-rus-put-varyag-greki.html

Варяги в исторических источниках

Основа спора о происхождении Древнерусского государства, который длится у не одно столетие, – данные русских летописей. Если быть до конца объективным, начало спору положили сами летописцы в X-XI вв., в нем выразилось противостояние Новгорода и Киева.

Понятие 1

ʼʼПовесть временных летʼʼ – древнейшая известная русская летопись, сводом данных, предшествующей летописнои̌ традиции разных авторов. Отсюда вытекает тот факт, что в ʼʼПовести временных летʼʼ существует три разных по факту и хронологически упоминания о варягах, а так два варианта происхождения Руси.

Дополнительный материал 1

Необходимо отметить, что в ʼʼПовести временных летʼʼ ʼʼварягиʼʼ – три разных народа.

Раннее упоминание – о варягах, населявших территории от англов до ʼʼСимова пределаʼʼ, то есть от южнои̌ Ютландии до Волжской Булгарии, которые считались с X века потомками Сима.

Если проще, то в ϶том упоминании ʼʼварягиʼʼ – обозначение всœех, кто проживал по Волго-Балтийскому пути.

Следующее упоминание варягов внесено в летопись позднее, здесь ʼʼваряговʼʼ называют в одном перечне с племенами урман, руси, англов, готов, свеев.

Самая поздняя вставка в летопись делает уточнения населения побережий Балтийского моря, а следовательно, появилась она при тесных контактах Приднепровья и Балтики ( IX-X вв.). Здесь дается перечисление этносов ʼʼВаряжскогоʼʼ моря: русь, готы, англы, галичане, свевы, норманны (в значении норвежцев), варяги, волохи, римляне, немцы и т.д.

ʼʼВариныʼʼ или ʼʼвэрингиʼʼ

Представляется необъяснимым, почему норманисты и антинорманисты в равнои̌ степени пропустили указание на ʼʼварягиʼʼ русской летописи равны ʼʼваринамʼʼ или ʼʼвэрингамʼʼ, которые были известны ещё римлянам, и в IV в. участвовали наряду с другими племенами во вторжении в Британию. Данные вэринги входили в союз ингевонов, которые как сейчас доказано, не были германцами. В племенах присутствует, как и во фризах, уральский компонент, проявляющийся, например, в именах.

Тем не менее, слово ʼʼварягиʼʼ совершенно определенно индоевропейского происхождения, и означает оно ʼʼпоморянеʼʼ. Имена ʼʼВаринʼʼ или ʼʼВарангʼʼ признаются французскими филологами однокоренными – от одного значения ʼʼводаʼʼ.

ʼʼВилла варанговʼʼ на Роне в Бургундии памятью об уи родственных ингевонам бургундов и варинов в Великом переселении народов. ʼʼСеверная маркаʼʼ в XI в. называлась ещё ʼʼМаркой Вэринговʼʼ.

ʼʼПравда англов и вэриновʼʼ рубежа VIII-IX вв. утверждает, что варины относятся к племени, в языковом смысле сочетающему уральские и индоевропейские черты, ϶то племя ещё не было ассимилировано славянами. Употребление ʼʼморскихʼʼ этнонимов предполагало активность на воде, и здесь вероятнее всœᴇᴦο речь о Северном море.

В ʼʼПовести временных летʼʼ первое упоминание варягов имеет территориальное значение, а не этническое. Скорее всœего, так употребляли ϶то слово в Византии, потому что там ʼʼваряжская дружинаʼʼ появилась раньше норманнов.

  • Рисунок 1. Путь ᴎɜ варяг в греки

Третий смысл варягов по летописи означал включение в число варяжских народов скандинавов как в число поморских. Летописец старался подчеркнуть, что имел в виду именно ʼʼРусьʼʼ пуᴛᴇᴍ противопоставления их готам, свеям и англам.

Дополнительный материал 2

Исходя из всᴇᴦο выше сказанного, мы приходим к выводу, что можно заключить, что в употреблении в летописи этнонима ʼʼварягʼʼ могут быть разные смыслы и разные этносы. Скандинавы пришли на Русь не ранее, чем Ярослав Мудрый женился на Ингигерде, дочери шведского конунга.

В эпоху Ярослава Мудрого в Византии появляются в дружине ʼʼваранговʼʼ норманны. Само название ʼʼварангʼʼ предполагает балто-славянскую форму. ʼʼБухта варанговʼʼ на севере Скандинавского полуострова граничила с ʼʼМурманскимʼʼ, что значит норманнским, берегом. Море называлось ʼʼВаряжскимʼʼ в России до XVIII века.

Варяги с XII века получили дополнительное значение как ʼʼнеправославныеʼʼ или католики.

В переписке с Иваном Грозным Юхан III связывал с Ярославом Мудрым приход шведов-ʼʼваряговʼʼ на территорию Руси. Иван Грозный настаивал, что варяги были немцами, здесь он имел в виду южный берег Балтийского моря, занятый к ϶тому времени ʼʼнемцамиʼʼ-германцами.

ʼʼСказание о призвании варяговʼʼ имеет новгородское происхождение, в киевскую летопись оно попало достаточно поздно. Здесь показательно, что Новгородская Первая летопись выводит новгородцев от варягов.

Археология предоставила много материалов, по которым можно увидеть две волны переселений по Волго-Балтике на Восток с Запада. Первое переселения относится к VIII веку, второе – к середине IX века.

Многие лингвисты и археологи отмечали этнографические и лингвистические параллели Балтийского Поморья и Севернои̌ Руси.

Этническая принадлежность варягов

Исходя из всᴇᴦο выше сказанного, мы приходим к выводу, что кем на самом деле были варяги? Установлено, что русским летописи при разных упоминаниях варягов говорят о разных народах. Можно выяснить этническую принадлежность варягов IX века на основании других источников.

ʼʼПовесть временных летʼʼ прямо указывает место обитания варягов, ϶то южное побережье Балтики. Определенно обрисованы западные границы расселения варягов до Дании, с востока указано, что граничили с Волжской Булгарией. Получается, что варяги занимали северо-запад Волго-Балтийского пути до территории Волжской Булгарии.

Другие источники показали, что на южном побережье Балтийского моря рядом с датчанами проживали ʼʼвариныʼʼ, которые принадлежали к вандальской группе ингевонов и при ϶том имели некие уральские элементы.

К середине IX в. варины были у ассимилированы славянами и говорили на их языке.

Франкские средневековые авторы называли варинов ʼʼвэринамиʼʼ, германские – ʼʼвэрингамиʼʼ и относили к славянам. Восточнославянское искажение стало именовать их ʼʼварягамиʼʼ. С точки зрения лингвистики совершенно определенно варяги равны варинам, ϶то, исходя ᴎɜ корня ʼʼварʼʼ–вода, живущие у воды люди.

В начале IX века на территории варягов начали наступление франки, что вынудило их переселяться.

В 915 году появился город Вэрингвик в Англии, сохранилось до наших времен название Варангерфьоорд, означающее Варяжский залив, на севере Скандинавии.

Кроме того, имена Варин и Варанг стали широко распространяться по Европе, ϶то может считаться свидетельством рассеивания варинов в среде других языков.

Переселения варинов в основном шли по направлению восточного побережья Балтийского моря.

На восток передвигались с группами русов, которые жили по берегам Балтики, ϶то и привело к появлению в ʼʼПовести временных летʼʼ двойного названия варяги-русь.

Летопись уточняет, что русь не являлись шведами, датчанами или норвежцами, а значит под этнонимом ʼʼварягиʼʼ понимались племена разного происхождения.

На территории Восточнои̌ Европы варяги появились к середине IX в. Сначала появились у ильменских словен, заᴛᴇᴍ далее пошли к Среднему Поднепровью. По мнению некоторых исследователей, предводителем варягов-руси у ильменски словен был Рюрик. Вероятно, Рюрик имело вэринское происхождение.

Рюрик основал несколько городов, включая Ладогу, Новгород и другие, и эти названия говорят в пользу того, что варяги использовали славянский язык. По данным договора Руси с Греками 911 года мы узнаем, что варяги-русь так почитали Перуна как верховного бог.

Дополнительный материал 3

По данным ʼʼПовести временных летʼʼ варяги имели влияние на северо-западные славянские территории на рубе IX-X вв., например, киевские князья использовали их помощь в борьбе за власть.

С правлением Ярослава Мудрого в дружинах варягов появились шведы, так как князь имел тесные контакты с ними. Отсюда объяснимо, что в начале XI века варягами стали называть так скандинавов. После смерти Ярослава практика найма варяжских дружин прекратилась, а этноним варягов переосмыслился и распространился на католиков.

Источник: http://referatwork.ru/info-lections-55/gum/view/17800_varyagi_v_istoricheskih_istochnikah

Лев Клейн: Спор о варягах — ПОЛИТ.РУ

В конце 2008 г. в питерском издательстве «Евразия» выходит книга известного российского историка, археолога, доктора исторических наук Л.С. Клейна «Спор о варягах. История противостояния и аргументы сторон».

Книга выходит с послесловием директора Института истории материальной культуры РАН члена-корреспондента РАН Е.Н. Носова. С любезного согласия автора и издательства мы публикуем введение к книге, вновь ставшей актуальной в силу продолжающихся попыток гальванизации трупа антинорманизма.

На фото: Л.С. Клейн, фотография сделана его сыном Дамиром.

В небольшой историографической книжке А.А. Хлевова о советской литературе по норманской проблеме сказано: «Наиболее интересным и значимым по сыгранной им в истории отечественной науки роли является «Спор о варягах» Л. С. Клейна» (Хлевов, 1997: 3).

Конечно, мне лестна похвала историографа, но он упустил сделать одно существенное примечание. Ведь в списке литературы, приводимой им, этого моего произведения нет. И заинтересовавшийся читатель тщетно пытался бы искать его в справочниках по библиографии – дело в том, что оно никогда не было издано.

Существовал только машинописный текст. Данное издание будет первым.

Эта книга написана в 1960 г. Она ходила только в списках и в таком виде послужила программой консолидации группы исследователей (моих учеников и во всяком случае членов моего семинара), которые хотели противостоять фальсификации истории и манипулированию историей.

Нас раздражали, прежде всего, постоянные подтасовки, перекручивания и препоны объективному исследованию по проблемам происхождения русского государства и русской культуры, в частности по варяжскому (норманнскому) вопросу.

Самостоятельная разработка этих проблем коллективом молодых археологов привела в 1965 г. к громкой публичной дискуссии в Ленинградском университете – третьей такой схватке антинорманизма с норманизмом за два века, и все в Петербурге-Ленинграде.

Первая была между Ломоносовым и Миллером, вторая – между Костомаровым и Погодиным, основными фигурантами третьей были И. П. Шаскольский и я.

Потом в сборнике под редакцией Н.Е. Носова и И.П.

Шаскольского была опубликована большая статья оппонентов Шаскольского в этом споре, авторами которой были я и мои ученики (Клейн, Лебедев и Назаренко, 1970), а затем, особенно после ликвидации советской власти, а вместе с ней – и государственной поддержки антинорманизма, постепенно его проявления сошли на нет, и мне стало казаться, что к концу тысячелетия дискуссия закончена – я так и сформулировал название своего доклада на сессии, посвященной 30-летию дискуссии,  – он был напечатан в юбилейной подборке в журнале «Стратум-плюс» за 1999 г: «Норманизм — антинорманизм: конец дискуссии» (Клейн, 1999).

А книга так и осталась неизданной. Ныне я решил издать эту рукопись потому, что ее содержание снова стало актуальным. Моя уверенность в окончании дискуссии оказалась преждевременной. В стране мобилизовались силы, которым нужна приукрашенная отечественная история.

Они поддерживают настроения «ультра-патриотизма», а этот вирус задевает и профессионально образованных людей, специалистов.

Антинорманизм, который уже исчез со страниц серьезных изданий, став уделом популяризаторов и дилетантов, начал снова пробиваться в профессиональную печать и публицистику.

В публицистике хорошим примером может послужить пространнейший опус журналистки Н.И. Васильевой «Русь и варяги», вышедший в 1999 г. (Васильева, 1999) и развешанный на нескольких сайтах в Интернете.

В ёрническом залихватском стиле журналистка, не имеющая ни малейшего представления о научной методике и очень поверхностно знакомая с фактами, расправляется со всеми учеными, кто осмеливается предположить что варяги, «зовомая Русь», в соответствии с источниками, были скандинавами, что норманы сыграли значительную роль в  истории нашей страны (как, впрочем, и в истории других стран Европы). «Норманический апофигей», «бумажные констрюкции норманистов», «’Отпетые’ норманисты, закусив удила, несутся вскачь…» – это её язык. Воинствующий антинорманизм – её знамя. «Наука и свистопляска», – повторяет она за Добролюбовым, не замечая, что наука – это то, что Васильева так лихо освистывает, а свистопляска – это то, что вокруг науки.

Но что взять с дилетантов, когда на позициях начального антинорманизма, двухвековой давности, отброшенного ввиду полной фантастичности даже сталинской наукой, активно утвердился директор Института истории Российской Академии наук чл.-корр.

РАН Андрей Николаевич Сахаров. По Сахарову, Рюрик был не скандинавом, а нашим, родным калининградским, то бишь, южнобалтийским славянином, а варяги – те же славяне вагры (Сахаров, 2003).

Между варягами и ваграми такое же родство, как между варежкой и вагранкой, но может ли это смутить патриота? Правда, в летописи сказано, что варяги пришли «из-за моря», а какое море находится между нами и Прибалтикой, непонятно, но зато такое толкование позволяет подсунуть правительству «неопровержимый аргумент» в отстаивании прав на Калининградскую область… (Иванов, 2002).

Между тем, Калининградская область принадлежит нашей стране на основе международных соглашений о разгроме очага агрессии и нацизма в результате победы в Великой Отечественной войне, и это право никакому сомнению не подлежит.

Ни к чему так стараться и превращать варягов в вагров, да и вагры-то хоть и славяне, да не наши славяне, а в Пруссии и не они жили, а прусы (прибалты, родственники литовцев и латышей, а те вступили в НАТО… Между прочим, из-за таких борцов за «приоритеты»).

Всё это было бы просто анекдотическим личным увлечением пожилого членкора, заставившим его выйти за рамки академических критериев доказательности, не более. Ну, еще карьерным ходом.

Но его антинорманизм воинствующий.

Этот членкор (который, не забудем, является директором головного института истории страны!) зачисляет всех, кто не согласен с его трактовкой, в норманисты, а о норманизме выражается в следующих формулировках:

«норманизм, питаемый в основном политическими импульсами и амбициями из-за рубежа, свил себе гнездо и на русской почве», он возник «в агрессивных и экспансионистских кругах» Запада, а мнение о том, что варяги – скандинавы, «эта сторона норманизма яростно и агрессивно отстаивается в основном небольшой группой филологов», построивших свои конструкции «на глубоко тенденциозной основе»; «определенную поддержку новейшие норманисты имеют среди некоторых ученых Запада» (Сахаров, 2002), «Солидарность и конъюнктурный расчет лежит в основе этого опасного единства, покрывающего душным туманом русскую науку…». О видной скандинавистке, докторе наук, он отзывается так: «наша историография со времени отпетых норманистов XIX в. не знала ничего подобного. Мы снова возвращаемся в эпоху норманистских мифов, затасканных клише прошлого, отсутствия научных аргументов и амбициозной наглости» (Сахаров ,2003).

Какой знакомый словарь! Как быстро А.Н. Сахаров восстановил свою советскую фразеологию! (он тогда писал о «борьбе с норманистами всех мастей»). Вот на кого ориентируются Васильева и ей подобные.

С. Иванов очень здорово подметил сходство А.Н. Сахарова с владимовским Русланом. Самое смешное, что сейчас А.Н.

Сахаров видит причины успехов норманизма, «заморочившего» истинную науку, – в чем бы вы думали? В «опоре на влиятельные партийные, государственные и научные структуры»! (Сахаров, 2003: 13).

Это при том, что, как всем известно, «партийно-государственные структуры» в советское время насаждали и поддерживали антинорманизм, его же поддерживают (сохраняя А.Н. Сахарова на посту директора Института) и сейчас. Другого бы Сахарова – не сохранили.

«Тотальный норманизм, превративший историю Древнеруского государства в придаток к истории Швеции…» – подпевает А.Н. Сахарову более молодой антинорманист В.В. Фомин в статье «Кривые зеркала норманизма» (Фомин 2003: 116). Он зачисляет в норманисты даже тех, чьи вклады всегда относили к антинорманистским – Д.С. Лихачева, В.В. Мавродина, А.Н.

Кирпичникова: достаточно признать, что варяги были скандинавами, норманнами – и ты уже норманист и, безусловно, антипатриот (Фомин, 2003; 2005). Всё чаще объективное исследование рискует наткнуться не просто на «непонимание» властей, на отказ в ассигнованиях, но и на крикливое шельмование «ультра-патриотов» в печати, на политические обвинения.

Вот почему мне представляется, что сейчас самое время вспомнить, как мы сумели отстоять возможности заниматься объективным исследованием варяжского вопроса в условиях тоталитарного строя и идеологического пресса, когда государственно-партийной нормой было четкое рассечение на норманизм и антинорманизм, а последний был единственно допустимой позицией для отечественных историков  и марксистов.

Университет я окончил с отличием у М.И. Артамонова по археологии в 1951 г., а вторым моим учителем (по филологическому факультету) был один из инициаторов структурализма В.Я. Пропп.

Но в аспирантуру меня неоднократно не принимали из-за еврейского происхождения – ни в Ленинграде, ни в Москве, ни в Минске, не брали даже тогда, когда по баллам я проходил.

По национальности я всегда ощущал себя русским – я русский по языку, по культуре, по интересам и связям (почти все мои друзья и ученики русские), и даже по религии я не иудей (еще мой дед был атеистом). Но в документах у меня значилось «еврей», и я никогда от этого не открещивался.

В 1957 г., после разоблачения «культа личности», меня приняли в аспирантуру родного Университета. На втором же году аспирантуры я отложил свою тему диссертации по бронзовому веку и увлекся ролью варягов (норманнов) в становлении древнерусского государства. Как я сейчас понимаю, меня побудили к этому дискуссии 1958 г.

о роли варягов, проходившие в Ленинграде. У меня создалось впечатление, что роль эта сильно преуменьшена, и что это можно доказать. Я стал писать книгу «Спор о варягах» и рукопись завершил в 1960 г. – как раз к окончанию аспирантуры. 26 мая 1960 г. рукопись получила отличную рекомендацию от декана В.В. Мавродина для печати.

Мне было тогда почти 33 года.

В печать книгу, конечно, никто не брал, но этот текст стал основой для спецкурса, который я вскоре стал читать на кафедре археологии, и давал этот текст читать моим студентам, заинтересовавшимся тематикой. Обсуждение его переросло в их темы курсовых работ и стало основой славяно-варяжского семинара.

Для своей книги я постарался изложить аргументы обеих сторон и взвесить их. Просмотрев рукопись, я вижу, что мое изложение перечня основных аргументов не устарело.

За почти полвека многие факты умножились, другие стали лучше известны, уточнены (это можно оговорить в примечаниях), но принципиально картина не изменилась. Просто развитие проблемы пошло в других направлениях, стали ясны и интересны новые аспекты темы.

Это меняет отношение к самой проблеме, но не меняет сути дискуссии. Ну, а современный поворот антинорманистов к старым рубежам и вовсе снимает вопрос об актуальности старого изложения проблемы.

Я решил издавать рукопись без изменений (кое-где для сравнения привожу новую литературу – в квадратных скобках) и приложить к ней мои более поздние выступления по этой теме – в дискуссии и после нее. Почему рукопись оказалось рациональным издавать без внесения изменений и дополнений? Во-первых, их, по сути, оказывается, не так уж много и нужно.

Во-вторых, и моя рукопись, и выступление в дискуссии и последующие работы являются историческими документами, которые будут, видимо, интересны для тех, кто интересуется историей науки. В-третьих, эту неизданную книгу, а затем и выступление в дискуссии можно рассматривать как наше старое оружие в идейной борьбе, которая для нас была трудна и опасна.

Оружие это тоже полезно знать.

Стоявшие против нас силы пользовались поддержкой всей махины государства – консолидированной партийно-государственной администрации, гигантской идеологической машины и мощного аппарата репрессий. В том же 1960 г.

, когда в Ленинградском университете я написал свою книгу, в Московском университете студент исторического факультета подал курсовую работу на ту же тему и с тем же уклоном – выявить правду о варягах и их роли.

Он был моментально исключен из Университета, а позже, став известным диссидентом, прошел психушку, лагеря и был выдворен из страны. Это Андрей Амальрик.

Выводы мои были теми же, что у Амальрика, но факультет был несколько либеральнее, а я был старше, опытнее.

У меня за плечами было руководство в школьные годы подпольной юношеской организацией «Прометей», которую раскрыли лишь задним числом и никто не был арестован, хоть и оказались, конечно, надолго под надзором КГБ.

Было и рискованное, но успешное выступление (в студенческие годы) против марризма, который тогда еще считался «железным инвентарем марксизма».

Занявшись варягами, я понимал, на что поднимаю руку, и что сразу всё сказать не удастся. Что вот так вот выложить факты и дать их объективную оценку, представив полностью и откровенно свою позицию, мне просто не дадут, что нужно действовать постепенно, продвигаться поэтапно.

Что придется непременно привязать свою позицию к марксизму и найти политически уязвимые места в позиции противников.

Что нельзя признать позицию тех, кого трактуют как норманистов, близкой к истине, а нужно дистанцироваться от норманизма, по крайней мере, от термина и, по крайней мере, на первых порах. Что сперва лучше всего как бы занять место над схваткой.

Однако и эта позиция была запретной («буржуазный объективизм»), и нужно было поначалу хотя бы декларативно отмежевываться от нее. Словом, нужно было тщательно продумывать стратегию и тактику идейной борьбы.

На протяжении четырех десятилетий отраженных в данном издании, моя позиция по отношению к норманизму на вид несколько изменялась. Но только на вид. На деле те мысли, которые я мог высказать полностью и откровенно в 1995, были с самого начала моим убеждением. Надеюсь, что многое проглядывало сквозь осторожные формулировки.

Но если бы я высказал всё открыто в 1960 году, я бы разделил судьбу Амальрика, а мои соображения никто бы не узнал.

А так я сумел сам изложить некоторую их часть сразу, другие – потом, всё более полно, и сохранил возможность воспитать в своем семинаре целую плеяду молодых исследователей, преданных принципам объективной науки, ученых, которые немало потрудились на этом поприще, изменив атмосферу в исследовании этой проблемы.

Моя книга и мои последующие выступления могут быть интересны как показатели развития этой борьбы, как иллюстрация методов, применявшихся на разных ее этапах.

А это существенно для тех, кто займется изучением всего хода исследования норманской проблемы в отечественной истории, а также для тех, кому, возможно, предстоит продолжить эту идейную борьбу, ибо завтрашние условия предсказать невозможно, и кто знает, быть может, наш опыт послужит нашим преемникам хорошей школой стратегии и тактики.

Я благодарен своим ученикам и коллегам, которые своим энтузиазмом сделали эту борьбу увлекательной и реальной – Г.С. Лебедеву, В.А. Булкину, В.А. Назаренко, В.П. Петренко, Е.Н. Носову, И.В. Дубову, Е.А. Рябинину и всем другим.

Должен также изъявить свою признательность Д. Н. Верхотурову, обратившему мое внимание на активность современных антинорманистов и побудившему меня взяться за издание этой книги. Верхотуров же и В.С.

Кулешов помогли мне в выверке ссылок.

Примечания:

  1. Васильева Н.И. 2005. Русь и варяги. Москва, Метагалактика (серия: Подлинная история).
  2. Иванов С. 2002. Рюрик Михал Иваныч, всероссийский староста. Государство захотело, чтобы Калининград стал «исконно русской землей», тут же нашлись историки, готовые выполнить заказ. — Еженедельный журнал. в интернете,  материал  от 12.11.2002.
  3. Клейн Л.С. 1999. Норманизм – антинорманизм: конец дискуссии. – Stratum plus (Санкт Петербург – Кишинев – Одесса), № 5: 91 – 101 [в разделе: 30 лет Варяжской дискуссии (1965 – 1995)].
  4. Сахаров А.Н. 2002. Рюрик и судьбы российской государственности. – Российская газета, 27 сент.
  5. Сахаров А.Н. 2003. Рюрик, варяги и судьбы российской государственности. — Сборник Русского Исторического Общества, 8 (156). Антинорманизм. Москва, «Русская панорама».
  6. Фомин В.В. 2003. Кривые зеркала норманизма. – Сборник Русского Исторического Общества (М. Русская панорама), 8. Антинорманнизм (156): 83 – 127.
  7. Фомин В.В. 2005. Варяги и варяжская Русь. К итогам дискуссии по варяжскому вопросу. М. «Русская панорама».
  8. Хлевов А.А. 1997. Норманская проблема в отчественной науке. Санкт-Петербург, издательство Санкт-Петербургского университета.

Источник: https://polit.ru/article/2008/12/19/klejn/

Варяги в источниках Руси, Востока и Запада — История России с древнейших времён до 1618 г

В почти трехвековом споре о начале Руси основой всегда являлись русские летописи, а спор начали еще летописцы X—XI вв., и отражалось в нем традиционное соперничество Киева и Новгорода.

Напомним, что древнейшая русская летопись «Повесть временных лет» — это уже свод разнообразных материалов, предшествующих летописных традиций, принадлежащих разным авторам.

Поэтому в «Повести временных лет» приводится три разных (и разновременных) упоминания о варягах и две разные версии происхождения Руси.

«Сказание о призвании варягов», вошедшее в новгородские летописи, а затем также в одну из относительно поздних редакций «Повести временных лет», имеет явно северное происхождение, связанное с этническими передвижениями по Волго-Балтийскому пути. Первым датированным событием здесь является изгнание «варягов» «за море» в 859 г. На чем основана эта дата — остается неясным.

Примечательно, что в соответствии с летописью «варяги» контролировали обширные пространства вдоль Волго-Балтийского пути, создав здесь своеобразное государственное образование.

Помимо славянских племен словен и кривичей, в это раннее образование входили угро-финские племена меря, весь и чудь (эстонцы). Затем варягов изгнали, но недавние союзники перессорились между собой и вроде бы добровольно решили вновь пригласить варягов. На сей раз в 862 г.

появляется Рюрик с братьями Синеусом и Трувором. Сначала Рюрик приходит в Ладогу (что вполне логично), а затем строит Новгород. Новгородский летописец при этом поясняет, что «суть людие новгородстии от рода варяжска».

Это указание важно не столько для обозначения времени заложения Новгорода (у археологов есть сомнения на этот счет), сколько для уяснения вопроса об этнической природе варягов.

Очень важно помнить, что в «Повести временных лет» под этнонимом «варяги» упоминаются три разных этноса.

Самое раннее — глухое упоминание о варягах, живущих от земли англов (южная Ютландия) до «предела Симова», под которым подразумевается Волжская Булгария (с X в.

, волжские булгары и население Нижнего Поволжья считались потомками библейского Сима). Иными словами, здесь «варяги» обозначают все население, разбросанное по Волго-Балтийскому пути.

Другое упоминание, явно позднее внесенное в летописный текст, называет варягов наряду с племенами русь, англы, готы, свей, урмане (норвежцы).

Еще одна, явно позднейшая вставка в летопись, уточнявшая этнический состав побережий Балтики, могла появиться уже во время интенсивных сношений Приднепровья с Балтикой (конец IX—X в.). В этой вставке перечисляются народы, живущие у «Варяжского» моря: варяги, свевы (шведы), норманны (норвежцы), готы, русь, англы, галичане, волохи, римляне, немцы, корлязи, венцианци, генуэзцы и др.

В высшей степени удивительно, что большинство спорящих — норманистов и антинорманистов — прошли мимо очевидного указания: «варяги» русской летописи (в узком смысле) — это известные еще римским авторам «варины», те самые «варины или вэринги», которые еще в IV в.

в числе других племен участвовали во вторжении в Британию. Они входили в группу «ингевонов», племен, которые, как это давно показал германский филолог С. Файст, германцами не были. У «ингевонов», как и у фризов, был заметен до сих пор в должной мере не осознанный уральский компонент.

Он проявляется во многих именах. Но само этническое название «варяги» совершенно ясное, индоевропейское: «поморяне», «люди, живущие у моря» (от индоевропейского «вар» — вода, море).

На это значение неоднократно указывали немецкие филологи, объясняя этноним «варины», но они почему-то забывали об этом, объясняя этноним «варяги».

О том, что этнонимы или имена «Варин» или «Варанг» довольно широко были распространены с VIII в. на северо-западе Франции, писали и французские филологи, не сомневаясь, что корень здесь тот же индоевропейский — «вода». А тождество «варягов» и «варинов» лежит на поверхности.

«Вилла варангов» в Бургундии на реке Роне — память об участии родственных племен «ингевонов» (бургундов и варинов) в Великом переселении народов (большинство варинов вернулось позднее назад к Балтийскому морю). Саксонская «Северная марка» в конце X — начале XI в.

называлась также «Маркой Вэрингов».

«Правда англов и варинов», относящаяся к концу VIII или началу IX в., предполагает, что вэрины-варины — это еще неассимилированное славянами племя, язык которого (как и у фризов) сохранял индоевропейские и уральские черты, а активность на море в основном предполагала Северное море (в 915 г.

в Британии был построен город Вэрингвик, во Франции еще раньше существовал Варангевилл). Варины, как соседнее с собственно франкскими владениями племя, и дали название морю, которое еще и в XVI в., как отметил С.

Герберштейн, дважды побывавший в России в начале столетия, «Варяжским» называлось только в России и у балтийских славян. Но с середины IX в. вэрины-варины постепенно ассимилируются пришедшими сюда славянами, и во второй половине IX в. здесь возобладает славянская речь и славянский язык.

Объединение варинов и славян произошло, очевидно, в рамках общего противостояния славян и других племен южного берега Балтики наступлению франков и саксов.

А у первого русского летописца, обозначавшего «варяжским» весь Волго-Балтийский водный путь, предполагалось не этническое, а именно территориальное определение. Видимо, также это воспринималось и в Византии, где «варяжская» дружина появляется раньше, чем там появляются норманны.

Третий смысл этнической природы варягов, зафиксированный летописью, предполагает включение в число «варяжских» (т. е. поморских) народов также и скандинавов. Но летописец при этом старается подчеркнуть, что имеется в виду именно «Русь», а не другие народы, отчетливо противопоставляя «русь» свеям, готам, урманам (норманнам-норвежцам) и англам (собственно датчанам).

Из сказанного следует, что за обозначением «варяги» могут скрываться разноэтничные племена. Скандинавы появились на Руси, видимо, только в XI в, со времен Ярослава Мудрого, женившегося на дочери шведского конунга (и внучке славянского ободритского князя). Именно во времена Ярослава около 1030 г., как убедительно показал В.Г.

Васильевский, первый норманн появился в дружине «варангов» в Византии. Кстати, само название «варанг» предполагает балто-славянскую, а не германскую форму. А «Бухта варангов» («Варангерфьорд») на севере Скандинавского полуострова соседила с «Мурманским» (т. е. норманнским) берегом. Море будет называться «Варяжским» на Руси и в России вплоть до XVIII в.

, а «варяги» уже с XII столетия приобретут значение «неправославных», «католиков». Но и в летописных записях XIII—XVII вв. «Варяжским поморьем» будет называться Южный берег Балтики. В XVI в. в письме Ивану Грозному шведский конунг Юхан III именно с Ярославом Мудрым связывал появление первых шведов-«варягов» на Руси.

В ответе русский царь настаивал на том, что варяги — это «немцы», имея в виду южный берег Балтики, покоренный к этому времени «немцами»-германцами.

«Сказание о призвании варягов» имеет явно северное, новгородское происхождение, и в киевскую летопись оно было занесено довольно поздно. И в этой связи существенно, что Новгородская Первая летопись самих новгородцев производит «от рода варяжска».

Многочисленные археологические материалы (в частности, ранняя новгородская керамика, исследованная в ряде публикаций Г.П. Смирновой), указывают на две большие волны переселений по Волго-Балтийскому пути с Запада на Восток: в конце VIII в. и в середине IX в. Д.К. Зеленин, И.И.

Ляпушкин и многие другие археологи и лингвисты указывали на явные языковые и этнографические параллели Северной Руси и Балтийского Поморья.

* * *

Подведем итоги — кто же такие варяги? Прежде всего русские летописи под именем «варяги» в разное время подразумевают разные этнические группы. Тем не менее на основе привлечения других источников можно определить этническую природу «варягов», пришедших к восточным славянам в IX в.

«Повесть временных лет» дает прямое указание на то, где жили варяги — по южному берегу Балтийского моря, которое в летописи называется Варяжским морем. Четко обозначены западные пределы расселения варягов: «до земли Агнянской и Волошской».

Англами в то время называли датчан, а волохами западные славяне именовали итальянцев. Следовательно, земли варягов на западе граничили с Данией. На востоке границы расселения варягов указаны более расплывчато — «до предела Симова».

В данном случае имеется в виду Волжская Булгария — варяги контролировали северо-западную часть Волго-Балтийского пути вплоть до Волжской Булгарин.

Изучение других письменных источников показало, что на южном берегу рядом с датчанами Балтики жили «варины» («вэрины», «вагры», «вары») — племя, принадлежавшее к вандальской группе «ингевонов» с уральскими элементами. К середине IX в. варины уже ославянились — они говорили на славянском языке.

Германские средневековые авторы называли варинов «вэрингами» и считали их одним из славянских племен, франкские авторы — «вэринами», балтийские славяне — «варангами», «ваграми».

В восточнославянской огласовке «вагров» стали называть «варягами». Тождество варягов и вагров-варинов с языковой точки зрения очевидно. Оба именования имеют один корень «вар» — вода и различные суффиксы.

Варяги, следовательно, — это люди, живущие у воды, поморяне.

В конце VIII — начале IX в. на земли варинов начинают наступать франки. Это побудило их искать новые места поселений. В VIII в. во Франции появляется «Варангевилл» (Варяжский город), в 915 г.

возник город Вэрингвик (Варяжская бухта) в Англии, до сих пор сохранилось название Варангерфьорд (Бухта варангов, Варяжский залив) на севере Скандинавии. С VIII—IX вв.

имена Варин и Варанг широко распространяются по всей Европе, свидетельствуя также о рассеивании отдельных групп варинов в иноязычной среде.

Основным направлением переселений варинов-варягов стало восточное побережье Балтики. На восток они переселялись вместе с отдельными группами русов, живших по берегам Балтийского моря (на о. Рюген, в Прибалтике и др.).

Отсюда в «Повести временных лет» и возникло двойное именование переселенцев — варяги-русь: «И пошли за море к варягам, к руси, ибо так звались те варяги — русь». При этом «Повесть временных лет» специально оговаривает, что русь — это не шведы, не норвежцы и не датчане. Следовательно, в середине IX в.

славяне именем «варяги» называли племена уже разного этнического происхождения.

В Восточной Европе варяги появляются в середине IX в. Варяги-русь приходят сначала в северо-западные земли к ильменским словенам, а затем спускаются к Среднему Поднепровью.

По сведениям разных источников и по мнению некоторых ученых во главе варягов-руси, пришедших к ильменским словенам с берегов южной Балтики, стоял князь Рюрик.

Скорее всего, легендарный Рюрик был выходцем одного из варяжских (вэринских) племен.

В некоторых средневековых генеалогиях Рюрика и его братьев (Сивара и Триара — на западноевропейский манер) считают сыновьями князя славянского племени ободритов Годлава, убитого в 808 г. датчанами.

В свою очередь, генеалогию ободритов средневековые авторы привязывали к венедо-герульской, отражавшей процесс ассимиляции венедов и герулов славянами (смешанные славянские и неславянские имена княжеских родов). В начале XVIII в.

эта версия активно обсуждалась в Германии и разногласия касались лишь определения: был ли Рюрик славянином или германцем? Норманисты переделывали имя на скандинавский манер (HrorekR). Но в русской летописи оно звучит так, как звучало в кельтской Галлии.

Имя Рюрик, по всей вероятности, восходит к названию одного из племен кельтов — «руриков», «рауриков», а племенное название, видимо, связано с рекой Рур. Племя это ушло от вторгнувшихся в Галлию войск Юлия Цезаря, и уйти оно могло только на восток. В позднейшее время выходцы с берегов реки Рур тоже получали имена (или прозвища) «Рурик». Предания о Рюрике и его братьях на южном берегу Балтики сохранялись очень долго — их записывали еще во второй половине XIX в.

Названия основанных Рюриком в IX в. городов (Ладога, Белое озеро, Новгород) говорят о том, что варяги-русь в это время говорили на славянском языке. Интересно, что главным богом у варягов-руси был Перун. В договоре Руси с Греками 911 г., который заключил Олег Вещий говорится: «А Олега с мужами его заставляли присягать по закону русскому: клялись оружием своим и Перуном, их богом».

По сведениям «Повести временных лет» варяги играли значительную роль в северо-западных славянских землях в конце IX—X вв. В летописи утверждается, что новгородцы происходили «от рода варяжска». Киевские князья постоянно прибегают к помощи наемных варяжских дружин в борьбе за власть.

При Ярославе Мудром в XI в. в варяжских дружинах впервые появляются шведы. Этому способствовало то, что Ярослав был женат на шведской принцессе Ингигерд. Поэтому в начале XI в. на Руси варягами начинают называть и выходцев из Скандинавии. Но интересно, что в Новгороде шведов варягами не называли вплоть до XIII в.

После смерти Ярослава русские князья перестали набирать наемные дружины из варягов. Само имя варягов переосмысливается и постепенно распространяется в общем на выходцев с католического Запада.



Источник: https://trojden.com/students/russian-history/russian-history-old-ages-1618-kyzmin-2004/12

Варяги

Варяги. Этим термином (от древнескандинавского vaeringjar – «давшие клятву [верности]») в Древней Руси X – XII вв. называли:

1)       наёмных скандинавских воинов на службе у древнерусских князей (X – XI вв.) и

2)       скандинавские и другие северогерманские (например, англов) этносы в целом.

В соответствии со вторым значением этого слова, к варягам летописец начала XII в. относит и «русь», к которой около 862 г. обратилась за правителем коалиция словен (ильменских), кривичей, чуди и веси и которая пришла в земли коалиции вместе со своими предводителями Рюриком, Синеусом и Трувором.

Действительно, это были скандинавские дружинники, которые уже при Олеге Вещем передали своё профессиональное название «русь» (так восточные славяне переиначили древнескандинавское rotħer – «гребец») восточнославянским дружинникам.

Скандинавские дружинники и их предводители – конунги (византийский император Константин Багрянородный именовал их архонтами; например, Свенельд) – служили киевским князьям (каганам) еще и в Х в. Это их имена содержатся в текстах договоров Олега Вещего (911 г.) и Игоря Старого (945 г.

) с Византией, и это их следы их пребывания находили и находят археологи в Гнездове (рядом со Смоленском), Старой Ладоге, на Рюриковом Городище (рядом с Новгородом) и в других населённых пунктах Древней Руси.

В качестве же наёмных воинов скандинавы в X – XI вв. были известны по всей Европе: нехватка земли вынуждала жителей Скандинавии становиться профессиональными воинами и добывать пропитание грабежом чужих земель или наёмничеством. Постоянная боевая практика делала скандинавов, наверное, лучшими в тогдашней Европе воинами – славившимися яростью и натиском в бою.

Самый ранний из известных случаев приглашения наёмников-скандинавов относится к 944 г., когда киевский князь Игорь Старый использовал их в своём втором походе на Византию.

Особенно большую роль в политической истории Древней Руси варяжские наемники сыграли в конце X – начале XI в., когда их активно использовали в борьбе со своими врагами Владимир Святославич и Ярослав Мудрый.

Здесь сказалось то обстоятельство, что в начале своей политической деятельности оба они княжили в Новгороде, а этот город поддерживал постоянные связи со Скандинавией.

О службе скандинавских наемников этим князьям повествуют как русские, так и скандинавские источники (например, Сага об Эймунде).

В 978 г. (по хронологии, уточнённой А.Ю. Карповым; традиционная датировка – 980 г.

) наёмники-варяги помогли Владимиру Святославичу изгнать из Киева его брата Ярополка – после чего заявили Владимиру: «Это наш город, мы его взяли» и потребовали, чтобы киевляне уплатили им выкуп.

Владимир, однако, сумел заставить их отказаться от этого намерения – соблазнив варягов перспективой службы византийскому императору.

В 988 г. именно наёмники-варяги стали той военной силой, которую Владимир Святославич прислал на помощь византийским императорам Василию и Константину, изнемогавшим в борьбе с мятежным военачальником Вардой Фокой.

В ходе усобиц между сыновьями Владимира Святославича в 1015 – 1019 гг. наемники-варяги составляли значительную часть войска Ярослава Мудрого, с которым тот дважды – в 1016 и 1019 гг. – овладевал Киевом, выгоняя оттуда Святополка Окаянного. В июле 1018 г. варяги участвовали в неудачном для Ярослава сражении с союзником Святополка польским королем Болеславом Храбрым на реке Западный Буг.

Во время усобицы между Ярославом Мудрым и его братом Мстиславом Владимировичем в 1024 г. все войско Ярослава состояло из варяжского отряда во главе с Якуном (Хаконом) – который и был разбит Мстиславом в сражении при Листвене.

Последний зафиксированный в источниках случай найма русскими князьями варягов относится к 1043 г., когда варяжский отряд участвовал в неудачном походе князя Владимира Ярославича на Византию.

Художественный образ

Самый известный случай целенаправленного изображения варягов в отечественном кино – советско-норвежский фильм Станислава Ростоцкого и Кнута Андерсена «И на камнях растут деревья» (1985), снятый по повести Ю. Вронского «Необычайные приключения Кукши из Домовичей». На историческую достоверность приключенческая картина не претендовала изначально.

В других фильмах на средневековую тематику (например, «Ярославна, королева Франции» Игоря Масленникова по роману А. Ладинского, 1978) варяги присутствуют как непременная часть древнерусской повседневности.

 Литература

  1. Карпов А.Ю. Владимир Святой. М., 1997.
  2. Карпов А.Ю. Ярослав Мудрый. М., 2001.
  3. Лебедев Г.С. Эпоха викингов в Северной Европе и на Руси. СПб., 2005.
  4. Пчёлов Е.В. Рюрик. М., 2010.
  5. Скрынников Р.Г. История Российская. IX – XVII вв. М., 1997.

***

Валентин Жаронкин. Нет в русской истории «трудных вопросов». Часть 1: варяги

Клим Жуков, Дмитрий Пучков. О «норманском вопросе». Часть 1: варяги и «русский интернационал» до Рюрика

***

Также в «Словаре»: Норманская теория, Рюрик, Древнерусская народность, Древнерусское государство, Великий Новгород

Источник: https://histrf.ru/lyuboznatelnim/dictionary/b/variaghi

132.Варяги в восточных источниках

Упоминаний варягов или терминов, образующихся от слова «варяг» ввосточных источниках значительно меньше, чем упоминаний славян и русов.Тем не менее, они есть.

Наиболее раннее и наиболее содержательноеупоминание о варягах содержится у ал-Бируни(973-1048). В его трактате«Книга вразумлений начаткам науки о звездах» содержится сразу триотрывка, относящихся к данной теме.

(211)«Как расположены моря обитаемой части Земли?

Море, которое находится на западе обитаемой части Земли у берегов Танжера и Андалусии, называется Окружающим морем, которое греки называли Океаном. В него не углубляются, а плавают только около берега: от Андалусии оно простирается к северу от этих стран вдоль страны славян. На севере страны славян от него отходит большой залив вблизи страны булгар-мусульман. Этот залив известен под названием Варяжского моря;варяги – это народ, живущий на его берегу. За страной булгар-мусульман море поворачивает на восток, и между его берегом и краем страны тюрок расположены земли и горы – неизвестные, пустынные, непроходимые».Источник: Абу Райхан Бируни, Избранные произведения, т.6// Книга вразумлений начаткам науки о звездах, Ташкент, 1975, с.100

(237) «Что происходит в Климатах и в обитаемой части за их пределами?

Что касается границы обитаемой части, то Птолемей считал, что это остров Туле. [Этот остров в стране славян, в Варяжском море], его широта равна дополнению наибольшего склонения, то есть приблизительно шестидесяти шести градусам. Люди, живущие между концом седьмого климата и этой границей, живут в дикости, в пчеловодческих условиях, в крайней нужде; чем дальше на север, тем условия жизни, о которых мы говорили,ухудшаются…»  Источник: Абу Райхан Бируни, Избранные произведения, т.6// Книга вразумлений начаткам науки о звездах, Ташкент, 1975, с.112

«Что касается седьмого климата, то в нем мало обработанных земель. В его восточной части находятся только лесные чащи и горы башкир, область печенегов, (климат проходит) через город Сувар и Булгар, и земли русов, славян, булгар[и мадьяр] и заканчивается в Окружающем море. За этим климатом обитают немногие народы – ису(весь), варяги, юра(югра) и подобные им.»

Источник: Абу Райхан Бируни, Избранные произведения, т.6// Книга вразумлений начаткам науки о звездах, Ташкент, 1975, с.116-117Два других более поздних источника зависят от ал-Бируни. Один из них это ал-Хараки, среднеазиатский астроном и географ, живший в конце XI – начале XII века ( Умер в 1132 или 1138/9г.).

Он написал трактат «Предел постижения относительно разделения небесных сфер» (Мунтаха-л-идрак фи такасим ал-афлак). В нем содержится отрывок, касающийся Варяжского моря. Перед ним стоит описание Окружающего океана, которое связано с ним. Поэтому я этот отрывок тоже привожу, тем более, что там упоминаются русы и славяне.

«Что касается Западного моря, то это – море, которое называется Окружающим. Греки называют его Океаном. Оно соединяется с Индийским морем, но оно известно только в его западной и северной стороне. Где оно омывает землю русов и ас-сакалиба (славян).

Оно берет начало от крайнего юга, где омывает страны черных, проходя вдоль берегов Суса ал-Акса, Танжера и Тахарта, затем ал-Андалуса, ал-Джалалика и ас-сакалиба до Британии. Затем оттуда оно простирается за проходимыми горами и непроходимыми землями в сторону Восточного моря».

(Источник: В.В. Матвеев,  Л. Е. Куббель, Арабские источники XII-XIII вв, Л.,1985 г, с.167)

«Вытекает из него также великий залив на севере славян, называемый еще морем Варяжским, и они – народ, живущий на его берегу.

Простирается этот залив до земли мусульманских булгар, длина его с востока на запад – 300 миль, а ширина 100 миль… Что касается моря Понт Земной, то его называют морем Трапезунда, по принадлежности к нему гавани, и тянется оно от Лазики позади Константинополя по земле русов и славян, длина его – размером 1300 миль, ширина 300 миль. Впадает в него река, которая называется Танаис, она течет со стороны севера из моря, которое называется Меотис, а это – море Варяжское».

(Перевод Т. М. Калининой по Battani PT.3. P.173)(Источник: Древняя Русь в свете зарубежных источников, Т.3, Москва, 2009, с.23)Еще один отрывок, касающийся варягов, содержится у Абу-л-Фида (1273-1331), сирийского эмира города Хама, который  сочетал в себе способности политика, историка и географа. Упоминание варягов и Варяжского моря содержится вего географическом трактате «Книга упорядочения стран» (Китаб таквим ал-булдан), написанном в 1321 году.

«Рассказ о море Варанк

Я нигде не нахожу упоминания об этом море, кроме как в сочинениях Абу Райхана ал-Бируни и в книге ан-Насира, и я придерживаюсь мнения, высказанного ал-Бируни. Он говорит, что море Варанк отделяется от Окружающего моря на севере и простирается в южном направлении; его длина и ширина значительные. Варанк – это народ, живущий на его побережье».(Перевод И. Г. Коноваловой по: GA P.35)(Источник: Древняя Русь в свете зарубежных источников, Т.3, Москва, 2009, с.158)В первом отрывке ал-Бируни приводится название Балтийского моря как Варяжского.  Это явное заимствование названия от восточных славян. Кроме того, ал-Бируни указывает на варягов, как народ живущий на его берегу. Во-первых, как и русские летописи восточный географ указывает на то, что варяги – это народ.(Он также как и русские летописцы опровергает расхожие ученые байки, про варягов как дружинников, конфедератов, некую военизированную социальную прослойку,  наемников и т.д. ) Во-вторых, Окружающий океан по представлениям средневековых географов и ал-Бируниохватывал с севера Европу. Соответственно описываемые земли, в том числе славян и варягов находятся на юге по отношению  к океану.  У ал-Бируни нет представления о Скандинавии. В описании речь идет только о европейских странах лежащих южнее Северного и Балтийского морей. Поэтому в данном случае, когда речь идет о варягах, имеется в видуименно южный берег Балтийского моря.  Варяги живут на берегу, который с севера охватывается Окружающим океаном и вдающимся в континент Варяжским морем. На этом же южном берегу  живут славяне, как и указывает ал-Бируни, и от них и начинается Балтийское море. Если посмотреть на карту расселения славян в IX-XI веках, то будет видно, что славяне жили от самой западной оконечности Балтийского моря, на Ютландском полуострове., т.е. действительно от страны славян отходит этот залив(Балтийское море).Второй отрывок также показывает, что ал-Бируни даже на мифическом острове Туле, который рассматривался античными географами как самая северная обитаемая точка Земли, помещал славян. Для ал-Бируни славяне –это народ, живущий от Черного моря до самых северных оконечностей Земли. О норманнах или скандинавах, живущих севернее славян, с другой стороны Балтийского моря, он не знает. Интересно, что и жителям этих отдаленых земель он приписывает типично славянские виды хозяйствования, такие как бортничество.В третьем отрывке ал-Бируни относит славян и русов к седьмому климату. Дальше их он рассматривает только народы Северо-Востока Руси. Он варягов помещает среди веси и югры, что соответствует русским летописям, которые указывали, что варяги селятся по южному берегу Балтийского моря вплоть до предела Симова, т.е. Волжской Булгарии. С севера как раз и размещалась весь и югра, среди которых и селились варяги. Это еще раз показывает, что эта информация была получена именно с Руси, возможно от русских купцов или восточных, побывавших на Руси.Ал-Хараки опираясь на ал-Бируни вносит некоторые важные уточнения. Он также указывает на то, что Варяжское мореначинается от земли славян, что отвечает действительности. Но при этом он указывает, что они(эти славяне) и есть варяги. Интересно также, что в представлении ал-Хараки славяне настолько многочисленный народ, что занимает чуть ли не все пространство Западной Европы вплоть до Британии. Ал-Хараки также ошибочно отождествляет Меотис (Азовскоеморе) с Варяжским. У ал-Бируни этого нет. Эта ошибка восточных географов базируется на противоречивых данных, поступавших из различных источников, которые описывали морские и речные коммуникации, связывающие Балтийское и Черное море.Сообщение Абу-л-Фида ничего существенного не добавляет к сообщению ал-Бируни. Фактически оттуда он заимствует всю информацию о Варяжском море и варягах. Здесь интересно то, что вопреки сказкам норманнистов о некоей мифическойтрансконтинентальной торговле норманн со странами Ближнего Востока и Центральной Азии, в реальности о них никто ничего не слышал там. О них не слышал не только ал-Бируни в начале XI века, но и спустя 300 лет Абу-л-Фида не нашел никаких подробностей и дополнений к описанию Балтийского моря и народов живущих на его берегах, кроме как старых сообщений ал-Бируни, где нет вообще упоминаний скандинавов.Таким образом, сообщения восточных авторов о варягах согласуются с данными русских летописей. Восточные авторы указывают на то, что варяги жители южного берега Балтийского моря. Варяги – это народ у восточных авторов, а не наемники, дружинники, определенная социальная группа и т.д.. Летописи также указывают, что это народ, такой же как свеи и англы, и что они потомки Иафета. Один из авторов указывает на их этническую принадлежность, отождествляя варягов со славянами, живущими на южном берегу Балтийского моря.  Даже эти скупые сведения восточных авторов

дают достаточные основания отождествить варягов с южнобалтийскими славянами.

Источник: https://alex-oleyni.livejournal.com/35487.html

Ссылка на основную публикацию