Псевдо-дионисий ареопагит — в помощь студенту

Статья из энциклопедии «Древо»: drevo-info.ru

alt

Узнай стоимость своей работы

Бесплатная оценка заказа!

Оценим за полчаса!
Псевдо-Дионисий Ареопагит - в помощь студенту
Сщмч. Дионисий Ареопагит. Икона

Дионисий Ареопагит (I в.), епископ Афинский, священномученик

Память 3 октября и в Соборе 70 апостолов

Жил в городе Афины. Там же воспитывался и получил классическое эллинское образование. Затем отправился в Египет, где в городе Илиополе изучал астрономию.

Вместе с другом Аполлофоном он был свидетелем солнечного затмения в момент распятия на Кресте Господа Иисуса Христа. «Это или Бог, Создатель всего мира, страждет, или этот мир видимый кончается», — сказал тогда Дионисий.

В Афинах, куда он возвратился из Египта, его избрали членом ареопага (верховного афинского суда).

alt

Узнай стоимость своей работы

Бесплатная оценка заказа!
Читайте также:  Проблемы и этапы интеграции - в помощь студенту

Оценим за полчаса!

Когда святой апостол Павел проповедовал в афинском ареопаге (Деян. 17, 16 — 34), Дионисий принял это спасительное благовестие и стал христианином.

В Деян. 17, 34 вместе с Дионисием Ареопагитом упоминается Дамарь, которую некоторые считают женой Дионисия.

В течение трех лет Дионисий был сподвижником святого апостола Павла в проповеди Слова Божия. Впоследствии апостол Павел поставил его епископом города Афин. В 57 году святой Дионисий присутствовал при погребении Пресвятой Богородицы.

Еще при жизни Матери Божией Дионисий Ареопагит, специально приезжавший в Иерусалим из Афин, чтобы увидеть Богоматерь, писал своему учителю апостолу Павлу:

«Свидетельствуюсь Богом, что, кроме Самого Бога, нет ничего во вселенной, в такой мере исполненного Божественной силы и благодати. Никто из людей не может постигнуть своим умом то, что я видел.

Исповедую пред Богом: когда я Иоанном, сияющим среди апостолов, как солнце на небе, был приведен пред лицо Пресвятой Девы, я пережил невыразимое чувство. Предо мною заблистало какое-то Божественное сияние. Оно озарило мой дух.

Я чувствовал благоухание неописуемых ароматов и был полон такого восторга, что ни тело мое немощное, ни дух не могли перенести этих знамений и начатков вечного блаженства и Небесной славы. От Ее благодати изнемогло мое сердце, изнемог мой дух.

Если бы у меня не были в памяти твои наставления, я бы счел Ее истинным Богом. Нельзя себе и представить большего блаженства, чем то, которое я тогда ощутил».

Псевдо-Дионисий Ареопагит - в помощь студенту
Мучение св. Дионисия Ареопагита. Фреска. Афон, монастырь Дионисиат (1547 г. Автор Зорзис Фука)

Умер мученической смертью (по древним известиям, основанным на свидетельстве апологета Аристида). Имеется восходящее к средневековью мнение, согласно которому Дионисий Ареопагит был проповедником христианства в Галлии (См. Дионисий Парижский).

Труды

Очень важен вопрос о сочинениях, приписываемых Дионисию Ареопагиту. Первое указание на сочинения его встречается в VI в. На диспуте монофизитов-севериан с православными, устроенном импер. Юстинианом в 533 г.

, монофизиты, ратуя против Халкидонского собора, ссылались, между прочим, на сочинения Дионисия Ареопагита и на возражение православных, что таких сочинений не знали ни св. Афанасий Великий, ни св. Кирилл Александрийский, боровшийся против Нестория, отвечали, что св.

Кирилл цитировал их в своих сочинениях против Диодора Тарсийского и Феодора Мопсуетского. Позже на сочинения Дионисия ссылались и монофизит Север Антиохийский, и православный антиохийский патриарх Ефрем, а Иоанн Скифопольский писал к ним толкования.

С этих пор писания Дионисия приобрели в греческой церкви высокое уважение. Преп. Максим Исповедник комментировал их, Пахимер (XIII в.) составил перифраз их.

Псевдо-Дионисий Ареопагит - в помощь студенту
Свт. Дионисий Ареопагит. Икона работы иером. Парфения (Канкеллариу), 1729 г., Афины. Собрание Музея икон, Венеция.

На Западе впервые ссылается на сочинения Дионисия, именно на сочинение «Небесная иерархия», папа Григорий Великий. Импер. византийский Михаил Косноязычный послал экземпляр сочинений Дионисия Людовику Благочестивому (827), и они скоро приобрели особенное уважение и на Западе, чему, может быть, способствовало то обстоятельство, что Дионисию Ареопагиту приписывали проповедь в Галлии, где, говорили, он и пострадал. Иоанн Скот Эригена, по поручению Карла Лысого, перевел сочинения Дионисия и толкования к ним на латинский язык. В последующее время на Западе Дионисий сделался руководителем мистического направления в богословии: его усердно изучали Гугон Сен-Викторский; Альберт Великий, Фома Аквинский и др.

Мнение о том, что св. Дионисий Ареопагит и св. Дионисий Парижский — разные лица, восходящее, вероятно, к высказываниям Пьера Абеляра, впоследствии встречается у Лоренцо Валлы и Эразма Роттердамского.

В то же самое время были выставлены возражения против древности сочинений, приписываемых св. Дионисию Ареопагиту.

С тех пор эти возражения не прекращаются: и протестантские, и католические историки не находят возможным сочинения, известные под именем Дионисия Ареопагита, отнести к письменности мужей апостольских.

По мнению научных критиков, приписываемые Дионисию Ареопагиту сочинения: «О небесной иерархии — περί της ούρανίας ίεραρχίας»; «О церковной иерархии — περί της εκκλησιαστικης ίεραρχίας»; «Об именах Божиих — περί θείων όνοματων»; «О таинственном богословии — περί μυστικης θεολογίας «10 писем к разным лицам» — могли быть написаны в конце IV или в начале V века христианским платоником. Это не бросает, впрочем, тени на само содержание сочинений. Такие авторитеты, как Максим Исповедник и Иоанн Дамаскин, служат ручательством, что в них содержится истинное и здравое церковное учение.

Мощи

Псевдо-Дионисий Ареопагит - в помощь студенту
Глава священномученика Дионисия Ареопагита. Монастырь Григориат. Афон.

В монастыре Григориат на Афоне имеется часть главы священномученика Дионисия Ареопагита [1].

Молитвословия

  • Тропарь, глас 4
  • Бла́гости научи́вся и трезвя́ся во всех,/ благо́ю со́вестию священноле́пно обо́лкся,/ поче́рпл еси́ от сосу́да избра́ннаго неизрече́нная/ и, ве́ру соблю́д, ра́вное тече́ние соверши́л еси́,/ священному́чениче Диони́сие,/ моли́ Христа́ Бо́га// спасти́ся душа́м на́шим.
  • Кондак, глас 8 (Подобен: Взбранной:)

Небе́сная врата́ проше́д ду́хом я́ко учени́к/ до тре́тияго Небесе́ дости́гшаго апо́стола, Диони́сие,/ неизрече́нных обогати́лся еси́ вся́ким ра́зумом/ и озари́л еси́ во тьме неве́дения седя́щия./ Те́мже зове́м:// ра́дуйся, о́тче всеми́рный.

Литература

О трудах дионисия ареопагита

использованные материалы

[1]  «Λειψανοθήκες από την Ιερά Μονή Γρηγορίου Αγίου Όρους» — http://www.diakonima.gr/2013/09/17/λειψανοθήκες-από-την-ιερά…ορ/

Источник: https://drevo-info.ru/articles/4701.html

Священномученики Дионисий Ареопагит

Дни памяти: 4 января (70 ап.), 3 октября

Псевдо-Дионисий Ареопагит - в помощь студенту Апостол от 70-ти Дионисий Ареопагит

Священномученики Дионисий Ареопагит, епископ Афинский, пресвитер Рустик и диакон Елевферий убиты в Галлийской Лютеции (древнее название Парижа) в 96 году (по другим данным — в 110 году), во время гонения при императоре Домициане (81 — 96). Святой Дионисий жил в городе Афины. Там же воспитывался и получил классическое эллинское образование.

Затем отправился в Египет, где в городе Илиополе изучал астрономию. Вместе с другом Аполлофоном он был свидетелем солнечного затмения в момент распятия на Кресте Господа Иисуса Христа. «Это или Бог, Создатель всего мира, страждет, или этот мир видимый кончается», — сказал тогда Дионисий.

В Афинах, куда он возвратился из Египта, его избрали членом ареопага (верховного афинского суда).

Когда святой апостол Павел проповедовал в афинском ареопаге (Деян. 17, 16 — 34), Дионисий принял это спасительное благовестие и стал христианином. В течение трех лет Дионисий был сподвижником святого апостола Павла в проповеди Слова Божия. Впоследствии апостол Павел поставил его епископом города Афин. В 57 году святой Дионисий присутствовал при погребении Пресвятой Богородицы.

Еще при жизни Матери Божией Дионисий Ареопагит, специально приезжавший в Иерусалим из Афин, чтобы увидеть Богоматерь, писал своему учителю апостолу Павлу: «Свидетельствуюсь Богом, что, кроме Самого Бога, нет ничего во вселенной, в такой мере исполненного Божественной силы и благодати.

Никто из людей не может постигнуть своим умом то, что я видел. Исповедую пред Богом: когда я Иоанном, сияющим среди апостолов, как солнце на небе, был приведен пред лицо Пресвятой Девы, я пережил невыразимое чувство. Предо мною заблистало какое-то Божественное сияние. Оно озарило мой дух.

Я чувствовал благоухание неописуемых ароматов и был полон такого восторга, что ни тело мое немощное, ни дух не могли перенести этих знамений и начатков вечного блаженства и Небесной славы. От Ее благодати изнемогло мое сердце, изнемог мой дух. Если бы у меня не были в памяти твои наставления, я бы счел Ее истинным Богом.

Нельзя себе и представить большего блаженства, чем то, которое я тогда ощутил».

После кончины апостола Павла, желая продолжить его дело, святитель Дионисий отправился с проповедью в западные страны, сопровождаемый пресвитером Рустиком и диаконом Елевферием. Многих он обратил ко Христу в Риме, а затем в Германии, Испании.

В Галлии, во время преследования христиан языческими властями, все три исповедника были схвачены и ввергнуты в темницу. Ночью святой Дионисий совершил Божественную литургию в сослужении Ангелов Божиих. Наутро мученики были обезглавлены.

Святой Дионисий взял свою главу, прошествовал с ней до храма и только там пал мертвый. Благочестивая женщина Катулла погребла останки мученика.

Большое значение для Православной Церкви имеют творения святого Дионисия Ареопагита. До нашего времени из них сохранились четыре книги: «О Небесной иерархии», «О церковной иерархии», «О Именах Божиих», «О мистическом богословии», а также десять посланий к разным лицам.

Книга «О небесной иерархии» написана, вероятно, в одной из стран Западной Европы, где проповедовал святой Дионисий. В ней излагается христианское учение о мире ангельском. Ангельская (или небесная) иерархия состоит из девяти ангельских чинов: Серафимы, Херувимы, Престолы, Господства, Силы, Власти, Начала, Архангелы, Ангелы. (Собор Небесных Сил бесплотных — 8 ноября.)

Цель Богоучрежденной ангельской иерархии — восхождение к Богоподобию чрез очищение, просвещение и совершенствование. Высшие лики становятся носителями и источниками Божественного Света и Божественной жизни для ликов подчиненных. Не только умные, бесплотные силы включены в светоносные духовные иерархии, но и род человеческий, воссоздаваемый и освящаемый в Церкви Христовой.

Книга святителя Дионисия «О церковной иерархии» является продолжением его книги «О небесной иерархии». Церковь Христова в ее всемирном служении зиждется, как и ангельские лики, на Богоучрежденном священноначалии.

В мир земной, к чадам церковным, Божественная благодать нисходит прикровенно — в святых церковных таинствах, духовных по существу, но чувственных по образу.

Лишь немногие святые подвижники прозревали земными очами огнеобразную природу Святых Тайн Божиих.

Но вне церковных таинств, вне Крещения и Евхаристии, нет для человека светоносной спасающей благодати Божией, нет Богопознания, нет обожения.

Книга «О именах Божиих» излагает пути Богопознания чрез Лествицу Божественных имен.

Книга святителя Дионисия «О мистическом Богословии» также излагает учение о Богопознании. Богословие Православной Церкви все основано на опытном Богопознании.

Чтобы познать Бога — нужно к Нему приблизиться, достичь состояния Богообщения и обожения. Это более всего достигается молитвой.

Не потому, что молитвой мы приближаем к себе Непостижимого Бога, но потому, что чистая сердечная молитва нас приближает к Богу.

Творения святого Дионисия Ареопагита (их называют «Ареопагитики») имеют исключительное значение в Богословии Православной Церкви. На протяжении почти четырех веков, до начала VI столетия, творения святого отца сохранялись лишь в тайном предании, преимущественно богословами Александрийской Церкви.

Они были известны Клименту Александрийскому, Оригену, Дионисию Великому, преемственно возглавлявшим огласительное училище в Александрии, и святому Григорию Богослову. Святой Дионисий Александрийский писал святителю Григорию Богослову толкования на «Ареопагитики». Общецерковное признание творения святого Дионисия Ареопагита получили в VI — VII вв.

Особую известность имеют комментарии к ним, написанные преподобным Максимом Исповедником (+ 662).

В Русской Православной Церкви учение святого Дионисия о духовных священноначалиях и обожении человеческой природы было известно сначала по «Богословию» преподобного Иоанна Дамаскина. Первый славянский перевод самих «Ареопагитик» был сделан на Афоне ок. 1371 года монахом Исаией.

Списки его были широко распространены в России.

Многие из них доныне сберегаются в отечественных книгохранилищах — в том числе пергаментная рукопись «Творения святого Дионисия Ареопагита», принадлежавшая святителю Киприану, митрополиту Киевскому и всея Руси (+ 1406) и писанная его рукой.

Источник: https://days.pravoslavie.ru/Life/life1657.htm

Дионисий ареопагит

Дионисий ареопагит (ок. 500), христианский богослов. Дионисий Ареопагит был афинянином, обращенным в христианство апостолом Павлом (Деян 17:34); по свидетельству Евсевия Кесарийского, позднее он стал первым епископом Афинским. Приблизительно на рубеже 5 и 6 вв.

, вероятно в Сирии, неизвестным христианским писателем был создан ряд богословских трактатов на греческом языке. Эти сочинения, опирающиеся на библейскую традицию и на традицию философии неоплатонизма, обнаруживают прямую зависимость автора от языческого неоплатоника Прокла. Для большей авторитетности автор издал их под именем Дионисия Ареопагита, жившего в 1 в.

Такие мистификации были нередки в древности, но эта оказалась одной из самых удачных.

Корпус сочинений Псевдо-Дионисия Ареопагита включает в себя пять трактатов. В трактате О божественных именах автор рассуждает о различных именах и определениях, которые даются в Библии неименуемому Богу, – таких, как «Царь царей», «Ветхий днями», «Благой», «Сущий» и «Единый», – и объясняет смысл такого именования.

В трактате О таинственном богословии он говорит о том, что Бог превосходит все, что человек способен помыслить или выразить словами, и по этой причине Бог выше даже блага, бытия и единства.

В трактате О небесной иерархии, после увлекательных рассуждений о символическом языке, использованном в Библии для описания ангелов, подробно рассматриваются 9 чинов небесных умопостигаемых сущностей (ангелов): серафимы, херувимы, престолы, господства, силы, власти, начальства, архангелы и ангелы, – каждый из которых сообщает свое знание Бога нижестоящему ангельскому чину. В трактате О церковной иерархии описывается жизнь церкви: таинства крещения, евхаристии и миропомазания; чины священства – епископский, священнический и диаконский; состояния катехуменов (оглашаемых) и кающихся, просто христиан и монашествующих; погребальные обряды. И наконец, в корпусе из десяти Писем развиваются отдельные темы этих трактатов и делается еще одна попытка убедить читателя в том, что их автор – действительно Дионисий Ареопагит, ссылкой на то, что он был свидетелем солнечного затмения, которое произошло в момент распятия Христа.

На протяжении тысячи лет аутентичность произведений этого корпуса не вызывала сомнений, что, вероятно, объяснялось не столько ловкостью подлога, сколько привлекательностью изложенного в них учения. Впервые на них ссылается монофизит Север Антиохийский в первой половине 6 в.

Действительно, в 4 письме как будто содержатся указания на то, что автор объединяет божественную и человеческую природы Христа, как это делали монофизиты, а не разделяет их, как это принято в православной традиции. Однако в 7 в.

Максим Исповедник истолковал сочинения Псевдо-Дионисия в ортодоксальном смысле, обеспечив тем самым широкое распространение их как на греческом Востоке, так и на латинском Западе. В 9 в. Хильдуин, аббат Сен-Дени во Франции, осуществил грубый латинский перевод корпуса Ареопагитик, сопроводив его житием, в котором автор отождествлялся не только с учеником апостола Павла, но и со св.

Дионисием Парижским, покровителем Сен-Денийского аббатства. Позднее, также в 9 в., Иоанн Скот Эриугена выполнил новый, гораздо более точный латинский перевод. В 12 и 13 вв. сочинения Псевдо-Дионисия пользовались огромным влиянием среди западных теологов и мистиков. Фома Аквинский цитирует их около 1700 раз.

В эпоху Возрождения Марсилио Фичино сделал новый перевод трактатов О божественных именах и О таинственном богословии, сопроводив их комментариями, однако Лоренцо Валла подверг сомнению аутентичность корпуса Ареопагитик. Со временем точка зрения Лоренцо Валлы возобладала, и к 19 в. псевдэпиграфический характер этих сочинений был признан практически всеми.

Однако вопрос об авторстве этих трактатов не столь важен в сравнении с важностью изложенных в них идей.

Это прежде всего идея непостижимости Бога, учение о том, что совершенство Бога передается через сложную промежуточную иерархию, и признание символического характера всех словесных определений Бога.

Эти идеи не были совершенно оригинальными, однако они получили широкое распространение именно благодаря Псевдо-Дионисию Ареопагиту.

Источник: https://www.krugosvet.ru/enc/kultura_i_obrazovanie/religiya/DIONISI_AREOPAGIT.html

Псевдо-Дионисий Ареопагит

Тот памятник богословской письменности, автор которого скрылся за псевдонимом св. Дионисия Ареопагита, представляет немалый интерес в развитии церковного учения о человеке.

«Ареопагитиками» открывается та линия мистического направления в богословии, которая для нас имеет особое значение, т. к.

с ними начинается ряд непосредственных духовных предков паламизма, как в богословии вообще, так и в антропологии в частности1199.

Читайте также:  Теория конкурентных преимуществ - в помощь студенту

Это уже не богословие умозаключений и толкования священного текста, а таинственных созерцаний. Источником вдохновения является не столько Священное Писание, сколько свой собственный мистический опыт. Поэтому оно придает этим богословским откровениям характер по преимуществу апофатический. Несмотря однако на этот отрицательный характер богословия, «Corpus Dionyssianum» учит о Боге, что Он не только «безымянен», но и «многоимянен»1200. И в числе многих имен Божиих особое значение для своих богословских выводов автор придает именам «Благо», «Красота», «Единое», «Эрос».

«Ареопагитики» не строят своей системы космологии и не занимаются подобно Оригену или каппадокийцам проблемою Шестоднева. Мир есть откровение Бога и, как таковое, самоочевидная истина, не нуждающаяся в доказательствах.

Им важно не происхождение мира, а его устройство. Не генезис мира, а его место в иерархической полноте Всего для них имеет преимущественное значение.

Творение мира есть одно из раскрытий Божества, один из его «выступлений»1201.

Бог, как Высшее Благо, есть источник жизни. Благо, не есть моральная категория на языке этого памятника, а понятие онтологическое, т. е. сама жизнь. Это Благо подает бытие всем существам: «ангелам, людям, бессловесным животным, птицам, зверям, пресмыкающимся, рыбам, амфибиям, животным, скрытым под землею… а за ним и бездушным растениям; и не имеющим жизни Бог дает существовать»1202. Человек создан по образу Божию, соответственно Первообразной Красоте и способным к высшему совершенствованию1203. Вопросы чисто психологические о взаимоотношении сил душевных равно как и вопрос о составе человека совершенно не интересуют автора этих трактатов. Тот наивный натурализм Немезия, который наложил свой отпечаток на многих писателей Церкви, совершенно не коснулся «Ареопагитиков». Душа для них не объект психологического анализа, а конкретная реальность их мистических созерцаний. Они исследуют душевную жизнь, а, выходя в своем экстазе из себя, видят душу. Грехопадение, как говорит трактат о «Церковной Иерархии» есть «безумное отпадение от божественных благ, изначала дарованных человеку», следствием чего явилась жизнь полная страстей и наконец смерть в истлении»1204. Это было отступничество «апостасия» от истинных райских благ. Вместо Источника Жизни человек получил в удел смерть. Грех породил и помрачение сознания, откуда вместо истинного богопочитания человек пришел к поклонению ложным богам. Фактическая сторона грехопадения, анализ библейского повествования, богословские о том рассуждения — все это не входит в поле мистического зрения автора. Он не богослов догматист и не коментатор текста. Он мистик, которому в углубленном созерцании своей души открывается сущность вещей, мира, самого себя. Область его богословия не догматы, не моральные ценности, а Божественный Эрос, влекущий к Себе Эрос человека. Больше чем о грехопадении и его последствиях учит он об искуплении, но опять таки не богословски-систематически, а сквозь призму своих мистических внутренних откровений. «Богоначальная Благость в Своем безграничном человеколюбии не переставала подавать нам свои лромыслительные благодеяния. Она истинно причастилась всех свойств нашей природы кроме греха, соединилась с нашим смирением (точнее: с нашим ничтожеством) неслиянно и не потеряв ничего из своих свойств. Она даровала нам, как Своим сродникам, приобщиться с Нею, и быть причастниками Ее собственной Красоты». Этот кенозис Бога произвел полную перемену нашей природы: просветил ум и украсил его, поднял нас духовно, чтобы мы жили в Боге1205. «Простое и таинственное единство Иисуса, богоначальнейшого Слова стало, благодаря вочеловечению, сложным и видимым, но без изменения»1206. Это действие нисколько не изменяет Божества. Оно никак не выходит из Своего неподвижного состояния, и совершенно непоколебимо в Своем тождестве1207. Таким образом человечество Христа нисколько не умалило Его божественности («сверхсущности»), а Божество не уничтожило человеческого начала во Христе. В этой сложной ипостаси проявляется сложное «богомужное действо»1208. В этих отрывках не может не поражать разработанность христологической терминологии, свидетельствующая против авторства св. Дионисия Ареопагита, мужа I века. Внимание Ареопагитиков обращено в вопросе поплощении Слова не столько на факт искупления, выкупа, жертвы Богу, и, конечно, уже не на удовлетворение божественного правосудия, или оскорбления, нанесенного Адамом Богу, сколько на последствия его, на благодатные дары, главным образом, на обожение нашего естества. О «теосисе» автор говорит очень много и часто. «Наше спасение возможно только через обожение. А обожение значит наше уподобление и соединение с Богом, насколько это возможно»1209. «Бог, — или по псевдо-Дионисию, — «Богоначальное Блаженство, начало всякого обожения, чья божественная Благость обоживает обоживаемых, даровала иерархически всякой разумной и духовной сущности дар спасения и обожения»1210. Как же осуществяется это спасительное обожение?

В мистическом опыте Ареопагитиков можно ясно различить два пути. Один — это путь церковных тайнодействий, благодатные дары Св. Духа; другой — личный путь каждого мистика, его внутренние духовные дерзания, экстатические достижения через очищение себя.

Описав крещение и обряды при нм, автор упоминает помазание воды и крещаемого освященным елеем. В этих действиях подается дар святого рождения в Боге. Крестная смерть Христа и крещение в Его смерть подают нам обожение1211. Дар обожения подается каждому соответственно духовному совершенству ? в молитве1212. При описании Евхаристии и ее мистическом созерцании («теории») автор ясно учит об обожении, дарованном нам вочеловечением Христа и реальнее всего проявляющемся в евхаристическом жертвоприношении1213. Следует однако отметить, что о таинствах церкви, как средствах обожения сказано меньше, чем о личном мистическом достижении. Но из этого никак не следует, что этот мистический путь есть противоположный таинствам, путь, тк. сказать, внецерковный, светский. Мистические откровения предполагают прежде всего благодатную жизнь в Св. Духе, стяжание которого есть необходимое условие для духовной жизни,

Онтологическим обоснованием экстатических дарований человека является природа самого Божественного Начала. «Божественный Эрос экстатичен», учит псевдо-Ареопагит. «Благодаря этому любящие не принадлежат себе, а тем, кого они любят»… Ссылаясь на слова ап. Павла (Гал.

II, 20) «и уже не я живу, но живет во мне Христос», он продолжает: «это и есть поистине, что человек выходит из себя к Богу, и не живет больше своей жизнью, но жизнью Того, Кого он любит»1214. И несколько дальше он учит о той же божественной Красоте и Благости, Которая по своему преизбытку выходит из Себя и охватывает другие существа.

«Короче говоря, Красота и Благость есть объект любовного желания, и Сама есть любовь (Эрос)»1215.

В ответ на эту божественную любовь, навстречу выходящему из Себя Высшему Эросу, и душа, «когда она становится боговидною, через непонятное соединение с Ним, бросается в слепом порыве к лучам неприступного Света»1216. Это экстатическое соединение с божественным таково, что «выйдя совершенно из себя и став всецело Божиим»1217, мы познаем божественное. Это дознание совершенно не интелектуальное, а путем мистической интуиции совершается на парадоксальном языке мистиков, в частности и псевдо-Дионисия, благодаря озарению неприступного света, невидимого физическим очам. Это «божественный гнозис, познаваемый через неведение»1218. Это мрак, «превышающий всякий свет»1219. Это «теософия», достигаемая через «непреодолимый экстаз, абсолютно чистый и свободный, благодаря которому человек устремляется к сверхсущественным лучам божественного мрака»1220. Можно было бы привести еще много примеров и выдержек из Ареопагитиков, но все это только подтвердит сказанное о выходе ума из себя, об онтологическом очищении, т. е. упрощении души, и об устремлении нашего ума к Уму Высшему, к Неприступному Свету, к запредельному1221. Этим в опыте Церкви открывается новая сторона в обожении человека, не уменьшающая его реальности, но переходящая из плана интеллектуального или сакраментального в план мистического единения с Триединым. ПРИМЕЧАНИЯ 1196 Слово 60, стр. 345. Тоже находим и у блаж. Диадоха. Проф. К. Попов, стр. 43. 1197 Слово 48, стр. 214. 1198 Слово 41, стр. 174; Слово 42, стр. 180; Слово 59, стр. 322. 1199 См мою статью: «Духовные предки св. Григория Паламы», в «Богославск. Мысль», Париж, 1942, стр. 102-131. 1200 «Divin. Nomin.», I, 6. — MPGr. t. 3, col. 596 C. 1201 «Eccles. hierar.», I, 2. — col. 373 A. 1202 «Divin, nomin.», IV, 2, col. 696 CD. 1203 «Eccles. hierar.», III, 7, col. 436 C. 1204 «Eccles. hierar.», III, 11, col. 440 C — 441 A. 1205 «Eccles. hier.», III, 11. col. 441 AC; cf: «Div. nomin.», VIII, 9,col. 897 AB. 1206 «Eccles. hier.», III, 12, col. 444 A. 1207 ibid. III, 1, col 429 A. 1208 Epist. 4 Caio monacho, col. 1072 AC. 1209 «Eccl. hier.», I, 3, col. 376 A. 1210 ibid. I, 4, col. 376 B. cf : II, 1, col. 393 A. 1211 «Eccl. hier.», IV, 10, col. 484 AB 1212 «Div. nomin.», II, 11, col. 649 BC; ??, 1, col. 680 BD. 1213 «Eccl. hier.», III, 2 sq. col. 425 В — 428 D. 1214 «Div. nomin.», IV, 13, col. 712 A. 1215 ibid., col. 712 B. 1216 ibid., IV, 11, col. 708 D. cf: col. 593 B. 1217 ibid., VII, 1, col. 865 D. 1218 ibid., VII, 3, col. 872 AB. 1219 «Myst. theolog.», II, col. 1025 AB. 1220 ibid., I, col, 1000 A.

1221 См. упомянутую статью «Духовные предки св. Григория Паламы», где говорится, о плодах мистических видений, как о созерцании сущего и даже премирного.

Источник: https://www.SunHome.ru/religion/12099

Дионисий Ареопагит

В 532 г. на Константинопольском Церковном Соборе были предъявлены произведения, которые оказались подписаны именем Дионисия Ареопагита — жившего в Афинах в I в., обращенного в христианство Апостолом Павлом и ставшего первым афинским епископом. Об этих событиях упоминается в «Деяниях Апостолов».

В корпус сочинений, приписываемых Дионисию, входят четыре большие религиозно-философские работы — «Об именах Божиих», «О таинственном богословии» («О мистическом богословии»), «О небесной иерархии» и «О церковной иерархии», — а также десять писем.

Все эти сочинения были написаны на греческом языке и переведены на латынь только в IX в.

Позднее было установлено, что произведения, приписываемые Дионисию, на самом деле были написаны в V в. в Сирии, которая тогда была частью Византийской империи.

Точное имя их автора неизвестно до сих пор, хотя на этот счет в современной науке существует несколько различных мнений.

Поэтому нередко автора этих сочинений называют «Псевдо-Дионисием Ареопагитом», а сами сочинения «Ареопагитиками».

Уже в Эпоху Возрождения было выявлено, что на автора «Ареопагитик» огромное влияние оказало учение неоплатонизма. Причем, если большинство христианских философов IV–V вв. опирались на рациональные элементы неоплатонизма, то в «Ареопагитиках» в большей степени использованы его мистические черты. Возможность мистического познания Бога — вот что проповедуется в сочинениях Дионисия.

Дионисий считает, что у христианского богословия есть два метода постижения Бога. Первый — путь положительный (по-гречески — «катафатическая» теология), когда от самых первых, низших понятий (камень, воздух и т.д.

) человек в своем стремлении понять сущность Бога приходит к высшим понятиям — Свет, Благо, Мудрость, Любовь, Всемогущество и др. В силу абсолютности Бога к Нему приложимы все Его имена, упоминаемые в Священном Писании.

Однако этот путь не ведет к открытию Божественной истины, ибо человеческими понятиями невозможно выразить сущность Бога.

Поэтому сам Дионисий формулирует так называемый отрицательный путь познания, или отрицательную (по-гречески — «апофатическую») теологию.

Суть ее заключается в том, что по отношению к единому и единственному Богу можно употреблять лишь такие имена, как Сверхблаго, Сверхмудрость, Сверхбытие и т.д.

Используя их, необходимо последовательно отрицать все возможные имена и понятия, доступные пониманию человека, ибо Бог совершенно не похож ни на одно из них.

Бог вообще не доступен человеческим чувствам и мыслям, не постигается ни чувственно, ни умственно, так как находится за пределами человеческого разумения.

«К сокровенному, — пишет Дионисий, — мы устремляемся, отрешась от всякой умственной деятельности».

И в этом смысле он приходит к признанию правильности лишь мистического понимания Бога, очень близкого по своему характеру к неоплатоновскому экстазу.

Если в положительной теологии Бог становится «всеимянным», то в отрицательной теологии Дионисия утверждается абсолютная «безымянность» Бога. И вообще, неизреченность и непознаваемость Бога — это вершина его понимания человеком. В этом заключается главная идея «Ареопагитик».

Приближенное к истине знание о Боге может совершаться только в качестве мистических богоявлений: «Если кто-либо скажет, что некоторым святым непосредственно являлся сам Бог, пусть он из Священного Писания уразумеет и другое: что сокровенное Божие никто не видел и не увидит, богоявление же праведникам свершалось через боголепные и соразмерные им видения и изъяснения».

Господь изливает на все созданное им невидимый сверхъестественный свет, который описывается в «Ареопагитиках» с необычайной художественностью: «Божественный мрак — это тот недосягаемый свет, в котором, как сказано в Писании, обитает Бог.

Свет этот незрим по причине чрезмерной ясности и недосягаем по причине преизбытка сверхсущностного светолития, и в этот мрак вступает всякий, кто сподобился познавать и видеть Бога именно через не-видение и не-познавание, но воистину возвышается над видением и познаванием, зная то, что Бог — во всем чувственном и во всем умопостигаемом».

Бог вообще есть «Начало и Конец всех существ»: «их Начало, поскольку Он есть их Причина, их Конец, поскольку Он есть их высшая цель».

Своими световыми излияниями Бог порождает добро и любовь, а уже посредством добра и любви сотворяет все мироздание. При этом любовь ежесекундно движет всеми существами и снова ведет их к Богу.

Поэтому, в понимании Дионисия, на пути любви человеку доступно то, что недоступно на пути разума — приближение к познанию Бога.

Земной, телесный мир творится Богом в самую последнюю очередь, после того как он сотворяет мир небесный — небесную иерархию.

В человеческом обществе Божественный свет находит свое полное отражение только в Церкви, поэтому именно церковная иерархия отражает собой иерархию небесную, следовательно, сама Церковь есть воплощение Божественного света на Земле. И только Церковь способна открыть людям глаза на Божественную истину.

Учение Дионисия стало необычайно популярно и в Восточной, и в Западной церквах. В Западной Европе «Ареопагитики» стали широко известны в IX в., когда были переведены на латынь, потому что большинство католических теологов не знали греческого языка. Западную, а позднее Римско-католическую Церковь, «Ареопагитики» привлекали своим учением о главенствующей роли Церкви в человеческой жизни.

На Востоке сочинения Дионисия стали известны раньше. Православные мыслители большее внимание обращали на обоснование Дионисием возможности мистического познания Бога, ибо именно в мистике многие из них видели путь к постижению Божественной истины.

© Все права защищены http://www.portal-slovo.ru

Источник: https://www.portal-slovo.ru/history/35538.php

Псевдо-Дионисий Ареопагит

Псевдо-Дионисий Ареопагит (от греч. член Ареопага, судебной коллегии в античных Афинах) — христианский неоплатоник 5 или начала 6 в., представитель поздней патристики. Наиболее известными мыслителями, ассоциировавшимися с Псевдо-Дионисием Ареопагитом, выступали: Петр Ивер (412-488), Север Антиохийский и др.

Главное сочинение Псевдо-Дионисия Ареопагита — «Софий Areopagiticum» — включает четыре трактата («О божественных именах», «О небесной иерархии», «О церковной иерархии», «О мистическом богословии») и десять посланий. Труды П.-Д.А. (в переводе на латинский язык, осуществленным Иоанном Скотом Эриугеной) стали известны на Западе с 9 в.

и стали предметом комментариев Фомы Аквинского, М. Фичино и др. Сочинения П.-Д.А. написаны от имени персонажа новозаветных «Деяний апостолов» (17, 34) — образованного гражданина Афин, обращенного в христианство в 1 в. проповедью апостола Павла, первого христианского епископа своего города. (Данная точка зрения просуществовала до 16 в.

)

Первая полемика по поводу трудов П.-Д.А. датируется 533 (дискуссия между православными богословами, отрицавшими их аутентичность, и адептами монофизитства). В дальнейшем сомнения в подлинности «Corpus Areopagiticum» высказывали Л.Валла, Эразм Роттердамский и др.: ряд особенностей трактатов и посланий П.-Д.А.

(стилистика, культовые реалии, текстуальные заимствования из Прокла) требуют датировать их периодом не позже второй половины 5 в. В основании миропредставления П.-Д.А. лежит неоплатоническое представление о принципиальной неописуемости и неопределимости Бога наряду с идеей об условной осуществимости богопознания посредством построения иерархии аналогий.

(Так, по мысли П.-Д.А., Бог неизречен, «Божественный мрак» таинственен, «Божественный свет» недосягаем «по причине преизбытка сверхсущностного светолития» и незрим «по причине чрезмерной ясности».) Иерархическая онтология, присущая неоплатонизму, апплицируется П.-Д.А.

на сопряженную социальную проблематику: «церковная иерархия» выступает прямым продолжением «иерархии небесной». Так, по версии П.-Д.А., мировая лестница выглядит так: «пресветлый мрак», единый Бог — серафимы, херувимы, престолы; господства, силы, власти; начала, архангелы, ангелы (это строение «небесной иерархии»).

Далее — епископы, священники, диаконы; монахи, члены христианской общины, оглашенные. Ниже церковной иерархии — остальной мир: разумные существа, живые неразумные существа, безжизненные тела.

Образ церкви у П.-Д.А. акцентированно статичен: иерархия людей — прямое продолжение иерархии ангелов — суть цепь отражений чистого света в ничем незамутненных зеркалах. Эта последовательность, согласно П.-Д.А., и задает стройный распорядок таинств святой церкви. (Эстетическая интерпретация П.-Д.А.

картины мира как иерархии света оказала значимое воздействие на средневековую эстетику.) Учение П.-Д.А.

как система философской теологии включало в себя три рода теологии: катафатическую (Бог, «будучи Всем во всем и Ничем в чем-либо, всеми познается из всего и никем из чего-либо»), символическую и мистическую (в ее рамках: апофатическую теологию и теологию сверхумного экстаза как высшей формы познания Бога). Для раскрытия божественной природы П.

Читайте также:  Учет операций по расчетным счетам - в помощь студенту

-Д.А. предлагались два пути богословствования: апофатический (по отношению к божественной единичности) и катафатический (по отношению к божественной троичности).

Благодаря этим двум методам выявляется бесконечная степень абсолютно всех мыслимых предикаций «божественного мрака» Единого, так что Он может именоваться, к примеру, различающимся тождеством подвижного покоя. Сверхмыслимый Бог, по П.-Д.А., заключает в себе черты плотиновской благой единицы и бесформенной «умной материи».

Христос же выступает наподобие неоплатонического числа, «утверждая согласие между частями и целым». При неоплатонической категории простой математической единичности Бога слова бессмысленны и в ноэтическом космосе вовсе не нужны. Поэтому, по мысли П.-Д.А., умный экстаз Плотина есть бессловесное «упрощение» до числовой единицы.

Только в Троице, замечает П.-Д.А., которая при этом по своей божественной фигуре геометрически равна одному, обретает деятельное (энергийное) значение любая словесность, выявляющая сущности. Отсюда катафатическое богословие, созерцающее Троицу, призвано исследовать любые имена, фиксирующие сущность предметов; следовательно, божественные Имена являются основным ее предметом. На основании этого П.-Д.А. утверждал, что благодаря пресвятой Троице «все рождаемое на небесах и на земле получает бытие и наименование».

Бог включает в себя все умные потенции и энергии, поэтому зло не участвует в действительном протекании сущего. Оно есть лишь оскудение и недостаток добра: «злу даруется бытие по воле случая, и проявляться оно может только в чем-то ином, поскольку не имеет собственного бытия».

Абсолютного зла не может быть вовсе, т.к. оно есть полнейшее отсутствие божественного Блага. В традиции, заложенной П.-Д.А., специфическую трактовку получили понятия «трансцендентный» и «имманентный».

Трансцендентным человеческому мышлению считается восхождение от дольнего мира к миру горнему, что составляет предмет апофатического метода богословствования, имманентный же — нисхождение от горнего мира к дольнему, что составляет предмет апофатического метода богословствования. Учение П.-Д.А.

обрело официальный статус в православии византийского канона благодаря его интерпретации Максимом Исповедником.

А.А. Грицанов, А.Н. Шуман

Новейший философский словарь. Сост. Грицанов А.А. Минск, 1998.

Псевдо-Дионисий Ареопагит (Διονύσιος ’Αρεοπαγίτης, т.е. член Ареопага, древней судебной коллегии в Афинах) – христианский мыслитель 5 или нач. 6 в., представитель поздней патристики. Его трактаты и послания от имени образованного афинянина 1 в.

, обращенного в христианство проповедью апостола Павла и упоминаемого в новозаветных «Деяниях апостолов» (17, 34). Первое известие о сочинениях Псевдо-Дионисия Ареопагита связано с религиозным собеседованием между православными и монофиситами в Константинополе в 533.

Фразеология и стилистика сочинений, бытовые реалии, упоминаемые в контексте символических истолкований, наконец, следы прямого использования текстов Прокла, выявленные в конце 19 в. Г.Кохом и И.

Штигльмайром, – все это в совокупности не позволяет датировать «Corpus Areopagiticum» («Ареопагитики»), как его принято называть в науке, ранее 2-й пол. 5 в.; некоторые дополнительные данные указывают на сирийскую среду. Грузинский исследователь Ш.И.Нуцубидзе и (независимо от него) бельгийский специалист Э.

Хонигман предложили идентифицировать автора трактатов с монофиситским церковным деятелем и мыслителем Петром Ивером, уроженцем Иверии (восточной Грузии), епископом Маюмы (близ Газы); высказывались и другие гипотезы (авторство Севера Антиохийского, круг Иоанна Скифопольского и т.п.), ни одна из которых, однако, не приобрела общего признания.

«Ареопагитический корпус» включает 4 трактата («О небесной иерархии», «О церковной иерархии», «О божественных именах», «Таинственное богословие») и 10 посланий; развиваемая в них доктрина – высшая точка христианского неоплатонизма.

Усвоив и развив неоплатонические представления о безусловной неопределимости и неописуемости Бога (апофатическая теология – тема «Таинственного богословия») и об условной возможности восходить к Богопознанию по иерархической лестнице аналогий (катафатическая теология – тема «О божественных именах»), автор связал онтологию неоплатонизма (и порожденное ею учение о символе) с социальной проблематикой; доктрина о «церковной иерархии» непосредственно подстраивается к доктрине о «небесной иерархии». При этом в отличие от мистического историзма Августина (Церковь как «град божий») образ Церкви как идеального человеческого сообщества, находящегося в согласии с законами универсального бытия, предельно статичен: это иерархия людей, непосредственно продолжающая иерархию ангелов, отражение чистого света в чистых зеркалах, передающих луч друг другу, стройный распорядок церковных «таинств» (описываемых как «посвящения» при помощи лексики античных языческих мистерий); какой-либо драматизм и противоречия полностью отсутствуют. Символизм в истолковании всего сущего, эстетически переживаемая картина мира как иерархии света оказали всеобъемлющее влияние на всю средневековую эстетику (в т.ч. на теорию света и символа у Сугера, воплощенную в художественной практике готического искусства, поэзию Данте – «Рай» и др.).

Учение Псевдо-Дионисия Ареопагита получило официальное признание в византийском православии первоначально благодаря его интерпретации Максимом Исповедником.

Его влияние испытали Иоанн Дамаскин, Григорий Панама и противник Паламы Варлаам Калабрийский, позднее Максим Грек и другие древнерусские мыслители. На Западе «Ареопагитический корпус» стал известен с 9 в.

; к нему писали комментарии многие мыслители средних веков и Возрождения, в т.ч. Фома Аквинский и М.Фичино, сильное влияние его идей испытали Иоанн Скот Эриугена и Николай Кузанский.

С.С. Аверинцев

Новая философская энциклопедия. В четырех томах. / Ин-т философии РАН. Научно-ред. совет: В.С. Степин, А.А. Гусейнов, Г.Ю. Семигин. М., Мысль, 2010, т. III, Н – С, с. 382-383.

Псевдо-Дионисий Ареопагит (Διονύσιος 'Αρεοπαγίτης, т. е. член Ареопага, древней судебной коллегии в Афинах), христианский мыслитель 5 или начала 6 века, представитель поздней патристики.

Трактаты и послания Псевдо-Дионисия Ареопагита написаны от имени персонажа новозаветных «Деяний апостолов» (17, 34) — образованного афинянина 1 века, обращённого в христианство проповедью апостола Павла; но первое известие о сочинениях Псевдо-Дионисия Ареопагита связано с религиозным собеседованием между православными и монофиситами в Константинополе в 533 году.

Фразеология и стилистика Псевдо-Дионисия Ареопагита, бытовые реалии, упоминаемые им в контексте символических истолкований, наконец, следы прямого использования текстов Прокла, выявленные в конце 19 века Г. Кохом и И.

Штигльмайром,— всё это в совокупности не позволяет датировать «Corpus Areopagiticum», как его принято называть в науке, ранее 2-й половины 5 века; некоторые дополнительные данные указывают на сирийскую среду. Советский исследователь Ш. И. Нуцубидзе и (независимо от него) бельгийский специалист Э.

Хонигман предложили идентифицировать Псевдо-Дионисия Ареопагита с монофиситским церковным деятелем и мыслителем Петром Ивером, уроженцем Иверии (восточной Грузии), епископом Маюмы (близ Газы); высказывались и другие гипотезы (авторство Севера Антиохийского, круг Иоанна Скифопольского и т. п.), ни одна из которых, однако, не приобрела общего признания.

«Ареопагитический корпус» включает 4 трактата («О небесной иерархии», «О церковной иерархии», «О божественных именах», «Таинственное богословие») и 10 посланий; развиваемая в них доктрина — высшая точка христианского неоплатонизма.

Усвоив и развив неоплатонические представления о безусловной неопределимости и неописуемости бога (апофатическая теология — тема «Таинственного богословия») и об условной возможности восходить к богопознанию по иерархия, лестнице аналогий (катафатическая теология — тема «О божественных именах»), Псевдо-Дионисий Ареопагит связал онтологию неоплатонизма (и порождённое этой онтологией учение о символе) с социальной проблематикой; доктрина о «церковной иерархии» непосредственно подстраивается у Псевдо-Дионисия Ареопагита к доктрине о «небесной иерархии». При этом в отличие от мистического историзма Августина (церковь как «град божий») образ церкви у Псевдо-Дионисия Ареопагита как идеального человеческого сообщества, находящегося в согласии с законами универсального бытия, предельно статичен: это иерархия людей, непосредственно продолжающая иерархию ангелов, отражение чистого света в чистых зеркалах, передающих луч друг другу, стройный распорядок церковных «таинств» (описываемых как «посвящения», при помощи лексики античных языческих мистерий); какой-либо драматизм и противоречия полностью отсутствуют. Символизм в истолковании всего сущего, эстетически переживаемая картина мира как иерархии света оказали всеобъемлющее влияние на всю средневековую эстетику (в том числе на теорию света и символа у Сугера, воплощённую в художественной практике готического искусства, поэзию Данте — «Рай», и др.).

Учение Псевдо-Дионисия Ареопагита получило официальное признание в византийском православии первоначально благодаря его интерпретации Максимом Исповедником.

Его влияние испытали Иоанн Дамаскин, Григорий Палама и противник Паламы Варлаам Калабрийский, позднее Максим Грек и другие древнерусские мыслители.

На Западе «ареопагитический корпус» стал известен с 9 века; к нему писали комментарии многих мыслители средних веков и Возрождения, в том числе Фома Аквинский и М. Фичино, сильное влияние его идей испытали Иоанн Скот Эриугена и Николай Кузанский.

Философский энциклопедический словарь. — М.: Советская энциклопедия. Гл. редакция: Л. Ф. Ильичёв,
П. Н. Федосеев, С. М. Ковалёв, В. Г. Панов. 1983.

Сочинения: Migne PG, t. 3; La hierarchie celeste, P., 19702; в рус. пер.-О божественных именах, Буэнос-Айрес, 1957; в кн.: Антологий мировой философии, т. 1, ч. 2, М., 1969, с. 606—20.

Литература: Скворцов К. И., Исследование вопроса об авторе соч., известных с именем св. Дионисия Ареопагита, К., 1871; Hуцубидзе Ш., Тайна Псевдо-Дионисия Ареопагита, Тб., 1942; его же, Петр Ивер и проблемы ареопагитики, Тб., 1957; Хонигман Э.

, Петр Ивер и сочинения Псевдо-Дионисия Ареопагита, Тб., 1955; Данелиа С, И., К вопросу о личности Псевдо-Дионисия Ареопагита, в сб.: Визант. временник, т. 8, М.— Л., 1956; Rogues R., L'univers dlonysien, P., 1954; Реpin 3., Univers dionyaien et univers augustinien.

Aspects de la dialectique, P., 1956; Vanneste J., Le Mystere de Dieu. Essai sur la structure rationelle de la doctrine mystique du Pseudo-Denys L'AreOpagite, Bruges, 1959; Goltz H., HIERA MESITEIA.

Zur Theorie der hierarchischen Sozietät im Corpus Areopagiticura, Erlangen, 1974 («Oikonoinia», Bd 4).

Далее читайте:

Дионисий Ареопагит, апостол от 70-ти, епископ Афинский, священномученик (ск. 96), родился в Афинах.

  • Философы, любители мудрости (биографический указатель).
  • Византия (краткая справка).
  • Хронологические таблицы и по векам — | IV | V | VI | VII | VIII | IX | X | XI | XII | XIII | XIV | XV |  
  • Константинопольские патриархи (биографический справочник).

Сочинения:

MPG, t. 3; La hiérarchie céleste. P., 1970;

в рус. пер.: О божественных именах. Буэнос-Айрес, 1957;

О божественных именах. О мистическом богословии. СПб., 1994;

О небесной иерархии. СПб., 1997;

Послание Титу-иерарху. – В кн.: Прохоров Г.М. Памятники переводной и русской литературы XIV–XV веков. Л., 1987, с. 179–199;

Послание 1. Гаю Монаху. Послание 5. Дорофею диакону. – В кн.: Историко-философский ежегодник-90. М., 1991, с. 226.

Литература:

Скворцов К.И. Исследование вопроса об авторе сочинений, известных с именем св. Дионисия Ареопагита. К., 1871;

Нуцубидзе Ш. Тайна Псевдо-Дионисия Ареопагита. Тбилиси, 1942;

Он же. Петр Ивер и проблемы ареопагитики. Тбилиси, 1957;

Хонигман Э. Петр Ивер и сочинения Псевдо-Дионисия Ареопагита. Тбилиси, 1955;

Данелиа С.И. К вопросу о личности Псевдо-Дионисия Ареопагита. – В сб.: Византийский временник, т. 8. М.–Л., 1956;

Roques R. L'univers dionysien. P., 1954,

Pépin J. Univers dionysien et univers augustinien. Aspects de la dialectique. P., 1956;

Vanneste S. Le Mystère de Dieu. Essai sur la structure rationelle de la doctrine mystique du Pseudo-Denys L'Aréopagite. Bruges, 1959;

Goltz H. HIERA MESITEIA. Zur Theorie der hierarchischen Sozietät im Corpus Areopagiticum. Erlangen, 1974 («Oikonomia», Bd 4).

Источник: http://www.hrono.ru/biograf/bio_p/psevdodionisi.php

Vikent — Псевдо-Дионисий Ареопагит

  • Неизвестный христианский автор «Ареопагитик» — сборника, состоящего из четырёх трактатов и 10 писем на догматические темы, приписанных Дионисию Ареопагиту, упоминаемого в Библии как ученика апостола Павла.
  • Сборник «Ареопагитик» появился, вероятно, на рубеже V и VI веков и оказал влияние на развитие идей так называемого апофатического (отрицательного) богословия…
  • Богослов исходил из того, что Бог бесколичествен, бескачествен, неуловим, принципиально неопределим и находится за пределами всякого измерения, но земной тварный мир, говоря современным языком, поддаётся какому–то качественно-количественному описанию и измерению…

Дионисий Ареопагит, О божественных именах, СПб, «Глагол», 1994 г., с. 275.

«Зародившись на стыке Запада и Востока в тот момент, когда школа неоплатоников сосуществовала с торжествующим христианством, учение Дионисия Ареопагита явило уникальный синтез мастерства Александрийских философов с самой чистой христианской мыслью. Не удивительно, что замком свода здания, возведённого Дионисием, стала идея Высшего Единства —  матери всех единств. Трактаты и послания Псевдо-Дионисия написаны от имени персонажа новозаветных «Деяний Апостолов», обращенного в христианство проповедью Павла. Г. Кох и И. Штилльмайр датировали «Corpus Areopagiticum» периодом между II и V вв., а Э. Хонигман и Ш.И. Нуцубидзе предложили идентифицировать автора с монофизистским церковным мыслителем Петром Ивером, уроженцем Иверии и епископом Маюмы (близ Газы).

По другой версии, авторство приписывается Северу Антиохийскому. … мистические работы Псевдо-Дионисия представляют собой размышления на тему Бога, которого он, следуя Плотину и каббалистам, определяет как некую божественную темноту и пустоту.

Как мог такой Бог быть личным Богом христиан? Дионисий объясняет, что Бог — причина добра и красоты, сам оставаясь за ними и выше их. Его грандиозный призыв и влияние вновь доказывают, что существо, которое незадолго до этого было некой обезьяной, развило «божественные стремления» подобно гусенице, пытающейся превратиться в бабочку.

Являясь несущим, Бог — первопричина всего сущего, но не зла, которое — не что иное как истощение бытия, отсутствие добра, «безобразная материя».

Освобождение от зла суть освобождение от вещества и приближение к Богу. Если Бог есть единство и простота, то и приближение человека к Богу может быть достигнуто только освобождением души от всех связей с чувственностью, очищением сознания.

Когда этот подготовительный путь пройден, когда ум погружается в таинственное молчание, в безмыслие, человек непосредственно ощущает Бога в состоянии экстаза.

Автор Ареопагитик говорит и о пособии в этом деле со стороны таинств церкви, но главная роль принадлежит, во всяком случае, гносису.

Развивая неоплатонические представления о неопределимости и неописуемости Бога и возможности восходить к богопознанию по иерархической лестнице аналогий, Псевдо-Дионисий связал онтологию неоплатонизма и порожденное этой онтологией учение о символе с доктриной «церковной иерархии», как бы естественно вытекающей из идеи «небесной иерархии».

В отличие от мистического историзма Блаженного Августина, представляющего церковь как развивающийся «град Божий», образ церкви у Псевдо-Дионисия статичен — это консервативная иерархия людей, непосредственно продолжающая иерархию ангелов. Подобным образом представлены распорядок церковных таинств и посвящений — без драматизма и каких бы то ни было противоречий.

Труды Дионисия Ареопагита глубоко пропитаны символизмом в истолковании всего сущего и в них картина мира представлена в духе эстетически переживаемой иерархии света, позже развитой Данте в Божественной Комедии.

Достигнув просветления, соединившись в экстазе с Богом, Дионисий много пишет о единении с неизречённым светом, о Божественной Тьме и о мистическом знании.

В Трактате по Мистическому Богословию просветление описано как прекращение всякого «умственного делания», «тесное единение с неизречённым светом», условиями которого является срывание покрова «чувственных вещей» и «постигаемых вещей».

Мистическое незнание, согласно Ареопагиту, совершенно иное, чем интеллектуальное — «не отказ от знания, а высшее знание. Это абсолютное и блаженное незнание именно составляет знание Того, Кто превосходит все объекты человеческого знания».

Подобно многим другим мистикам Псевдо-Дионисий после встречи с Божественной Тьмой даёт развёрнутое определение Бога, всецело построенное на отрицаниях (см. стр. 111, т. 1).

Труды Псевдо-Дионисия стали мощнейшим источником влияний на мистическую мысль Средневековья и Нового времени, пропитав духовные искания мыслителей и духовных писателей целого тысячелетия. Фраза «Дионисий говорит» встречается в книгах мистиков IX-XVII веков так же часто как цитаты из Библии и изречения Отцов Христианской Церкви.

Значение трудов Дионисия заключается в том, что он был первым и, на протяжении долгого времени, единственным христианским автором, попытавшимся искренне и точно описать деятельность мистического сознания и природу экстатического постижения Бога.

Эти труды выполнили свою задачу настолько хорошо, что, читая их, позднейшие созерцатели находили в них отражение и частичное объяснение своих самых сокровенных переживаний. Поэтому для описания собственного опыта они перенимали язык и метафоры Дионисия, ставшие впоследствии классическими терминами науки о созерцании.

Именно Дионисию христианская литература обязана представлением об Абсолютном Божестве как о «Божественной Тьме» и безусловным отрицанием «всего, что есть» — т.е. всего воспринимаемого поверхностным сознанием.

Кроме того, благодаря Дионисию получил распространение так называемый «путь отрицания» — учение, согласно которому душа достигает Абсолюта, погружаясь в «божественное неведение».

Подобная идея присутствует также в греческой и индийской философии. Благодаря Дионисию она вошла и в обиход католического христианства.

Учение Псевдо-Дионисия вошло в корпус идей византийского православия благодаря его интерпретации Максимом Исповедником.

Оно оказало заметное влияние на Иоанна Дамаскина, Григория Паламу, Варлаама Калибрийского, а позже на Максима Грека

Источник: https://vikent.ru/author/1334/

Ссылка на основную публикацию